– Аяо-кун! Слушай, ты...

Аяо кивнул и вышел из класса. Староста терпеливо ждала его, скрестив руки под грудью. Аяо взял у нее заявку и спросил:

– А где Куми?

– В учительской, - ответила староста.
– Ее Якидзука-сенсей к себе вызвал. Был злой. Очень. Отчитывать будет, наверное.

– За что?
– не понял Аяо.

– Вчера на отработку не осталась, как я поняла, - пожала плечами староста.

Аяо все понял. Он пошел в комнату студсовета, обмахивая себя сложенной вдвое заявкой, как веером.

Заявку у него приняли, хотя председатель студсовета по-глупому хихикал, ставя печать. Когда Аяо выходил из зала, он краем уха услышал:

– Католический клуб...

– Да это же Ацумори. Он спятил, тебе говорю...

Напротив учительской стоял большой аквариум, где жили анцитрусы и оранжевые улитки с безлегочным дыханием. Аяо постоял возле него, рассматривая, как большой анцитрус на дне лениво разевает рот. Он ждал Куми.

Она вышла из учительской расстроенная. Аяо сразу это понял. У нее были плотно сведены брови, а в уголках рта собрались морщинки. Он различал все виды морщин и мог по ним идентифицировать настроение человека с 53%-ной точностью.

– Куми-чан, - сказал Аяо, продолжая рассматривая анцитруса.

– А ты что здесь делаешь?
– угрюмо спросила она.

– Тебя жду. Наш клуб утвердили, ты знаешь?

– Знаю, - вздохнула она.
– Матоко подписала, подумать только.

– А с сенсеем что?

– Так, - безразлично ответила Куми.

Он не стал настаивать.

– Пойдем.

Они пошли бок о бок по коридору. Аяо пальцем вел по мелованной стене, оставляя ногтем извилистый след. Куми молчала.

– Эй, Куми-чан, - сказал Аяо.

– Чего?

– Мне хочется взять тебя за руку, - подумав, сказал он.

Куми нахмурилась.

– Это еще зачем?

– Вероятно, это отзвуки обезьяньего наследия. Большинство приматов из трибы гоминини придают огромное значение тактильному общению. Я читал, что занятие грумингом успокаивает их и позволяет установить более тесные связи в группе.

– Забавно. А что такое "груминг"?

– Это когда обезьяна выискивает блох у партнера и ест их.

– У меня есть блохи?
– спросила Куми.

– Вероятно, нет. Но если бы были, я бы съел их.

На ее лице появилось странное выражение.

– Хорошо. Как появятся блохи, я дам тебе знать.

Ему очень хотелось поговорить с Куми еще, но они дошли до класса и расселись по своим партам, не сказав больше ни слова. Аяо повернул голову и начал рассматривать Куми. Тут подошел Кога и хотел сказать что-то, улыбаясь, когда его перебила Май:

– Аяо-кун! Ты знаешь хоть, что сегодня сделал Кога-кун?!
– она аж пищала от восторга.

– Нет, - ответил Аяо.

– Я...
– начал Кога, но Май снова не дала ему договорить:

– Он принес в школу огромный букет цветов, это были гортензии, по-моему, и встал перед Матоко на колени!

– Ага, - Кога смущенно улыбнулся и завел руку за затылок.

– Она от такого чуть в обморок не упала!

Аяо внимательно взглянул на Когу.

– А потом?

– Что потом?
– смущенно проворчал Кога.
– Подписала ту нашу бумажку и сразу домой отпросилась, сказала, что потом со мной поговорит. Вот.

– Ага! Так все и было!
– воскликнула Май.

Она всплеснула руками и восхищенно воззрилась на Когу. Тот изо всех сил пытался скрыть свое смущение. Но было видно - Кога буквально лучился от счастья. Было в этом, вероятно, и облегчение. Многодневное напряжение спало, чувства Коги-куна были приняты. Словно в романтической манге.

Аяо задумался.

Он думал долго, и Май за это время заскучала и ушла куда-то за периферию его зрения. Кога терпеливо ждал.

– Это хорошо, - наконец сказал Аяо.

– Еще бы!

– Сегодня первое собрание. Ты готов?
– спросил Аяо.

Кога кивнул.

– Само собой! Черт побери... я даже не думал, что тот совет сработает. Но получилось! Куми правда понимает, что говорит, а я не верил. Зря!

– Да, - сказал Аяо, по-прежнему погруженный в мысли.

– У нас будет свидание, - Кога аж зажмурился.

– Безусловно. Ты женишься на ней?

Кога осекся, улыбка сползла с его лица.

– Что?

– Спутника жизни выбирают один раз и навсегда, - сказал Аяо серьезно.
– Ты готов жениться на ней и завести детей?