Взгляд президента устремлен мимо собеседника. Трумэн думал. Бирнс донес позицию ключевых акционеров партии. Слова не расходятся с тем, о чем намекали самому Трумэну. С другой стороны, вариантов больше нет. Партия зашла в цугцванг, любой ход только ухудшает позицию.

— Ты едешь на переговоры, — решение принято, Трумэн сам удивился, как он легко принял поражение.

— Хорошо. Мне придется это сделать, — Бирнс неплохо держался для человека на похоронах своей карьеры. — Гарри, пока не поздно, можно привлечь к встрече Гувера. У экс-президента до сих пор хорошие отношения с русским царем.

— У него были контакты со старым царем. — Трумэн мотнул головой. — Во-вторых, он отказался.

— Надеется вернуться? — тот самый вопрос с тысячей оттенков и смыслов.

— Нет, он не хочет в это лезть.

Оба мужчины смотрели друг на друга. Оба понимали, Герберт Гувер выбрал самую выигрышную позицию. Они себе такого позволить не могли. Будем честны, им не дали шанса.

В это же самое время на другом конце планеты глубокой ночью мужчина в мундире гвардейского полковника со смехом бросил на стол страницу свежего перевода.

— Дмитрий, этот сукин сын успел!

— Мексиканец? — человек в элегантном костюме тонкого сукна хлопнул в ладони.

— Ты прочти! Авила Каманчо объявил войну Соединенным Штатам!

— Запрыгнул в последний вагон. Одобряю.

— Теперь тебе придется вписать в пункты вывод войск из Мексики.

— Это давно включено, — поправил царя князь. — Давай вернемся к условиям.

— Все как обсуждали с союзниками. Все согласно договоренностей. Постарайся не пережать и не требуй сверху того, на что американцы не могут пойти.

— Выдача военных преступников? — князь потер слезящийся глаз, он прошлую ночь почти не спал, это, сказывалось.

— Отдельным секретным протоколом. Мне важен полный доступ на их рынок и сохранение за американцами Перл-Харбора.

На лице князя Дмитрия мелькнула тень непонимания. Военные преступники уже забыты, да и пес с ними! Все равно по предварительным договоренностям сдадут только зарвавшихся исполнителей.

— Хорошо. Ты планируешь следующую войну?

— Наоборот, ставлю дамбу на пути к ней.

Теперь Дмитрий кивнул. Не сразу, но уловил логику расчета императора. Алексей подошел к чайному столику и налил в две чашки терпкий отвар. С некоторых пор он пристрастился к травяным настоям.

— «Александр Невский» стоит в Либаве. Поход секретный, сам понимаешь. По пути забираешь попутчиков в Вильгельмсхафене и Портсмуте.

— Японцы, французы? Хотя, о чем я! — Дмитрий развернул руку ладонью кверху.

— Ладно, заговорились мы с тобой сегодня, — царь заразительно зевнул. — Коды связи тебе передадут люди Макарова.

23 мая крейсер держал малый ход к осту от Ньюфауленда. Несмотря на конец весны, погода стояла собачья. Нависшие тяжелые тучи разряжались дождем со снегом. Командир корабля распорядился усилить вахту. Места такие что шторма здесь не событие, а обыденность.

Без пяти одиннадцать радисты сообщили в рубку, что наблюдают крупную надводную цель. Командир распорядился лечь на встречный курс и объявил полную боеготовность. Пусть его уверили, что боя не будет, но чем черт не шутит. Лучше перебдеть, чем уйти на дно героем.

При звуках боевой тревоги князь Дмитрий убрал в папку лист с расшифровкой передачи и направился к двери, по пути набросив на плечи дождевик. В рубку крейсера его пропустили беспрепятственно.

— Мы в расчетной точке?

— Да, Ваше Высочество.

— Встречный один?

— Один, — командир даже не удивился осведомленности высокородного пассажира. И так с самого начала рейса все было ясно.

— У вас в сейфе пакет с личной подписью императора. Настало время его вскрыть и настроиться на волну для связи.

Два корабля враждующих держав легли в дрейф, с борта на борт перекинули трап. Американцы перешли на палубу «Александра Невского» и спустились в адмиральский салон. Переговоры шли долго. Наконец стороны пожали руки. В этот же день по всем линиям боевого соприкосновения объявили перемирие.

Утро выдалось солнечным. Никто не подстраивался под погоду, но Всевышний явно решил благословить этот знаменательный день. Бронированная громада «Императора Николая Второго» медленно втягивалась в Гаванский залив. Дмитрий с мостика в бинокль наблюдал старую крепость Эль-Морро. Над бастионами развевался кубинский флаг. Линкор прошел проливом и развернулся. Медленно подрабатывая винтами гигант подтянулся к своей бочке напротив причалов.