Шрифт:
Он стиснул челюсть.
— Когда мы уехали из Аризоны, я многое оставил позади. В этом плюс переезда. Можно начать с чистого листа, прошлое больше тебя не определяет или, по крайней мере, не должно.
Мне ли не знать. Мы столько раз переезжали, что я уже счет потеряла. На консоли между водительским и пассажирским креслом завибрировал телефон, и я украдкой взглянула на экран. Сообщение от некой Хизер. Видимо, Джош как был бабником, так и остался. Не стоило об этом забывать.
— Кажется, тебя разыскивают.
Он криво усмехнулся:
— Пусть разыскивают, если им так хочется.
Он даже не попытался прочесть сообщение и не попросил меня это сделать. Просто проигнорировал бедняжку Хизер.
Я раздраженно вздохнула:
— Зачем ты это делаешь?
— Еду в машине с красивой девушкой в пятницу вечером?
Джош крепче вцепился в руль — он прекрасно знал, что я имела в виду.
— Тащишься в такую даль, чтобы я увиделась со своим парнем.
Действительно, зачем? Теперь, когда я произнесла это вслух, его поведение показалось еще более странным.
— Потому что тебе это нужно.
Он не сводил глаз с дороги, поэтому не мог видеть, как я в ошеломленном молчании изучаю его профиль. С такого ракурса он больше смахивал не на обычного американского парня, а на древнегреческого бога, а его губы… Я встряхнула головой, прогоняя нечестивые мысли. Так нельзя, тем более теперь, когда я знаю, что есть некая Хизер, которая шлет ему сообщения.
— А зачем ты встречаешься с этим Райли?
Я мигом очнулась от забытья. Райли. Зачем я с ним встречаюсь?
— Все встречаются, и мы тоже, — ответила я и тут же поняла, как глупо это звучит. — Нет, не поэтому, конечно. Я не то хотела сказать…
— Чего ты оправдываешься?
Я снова уставилась на освещенную фарами дорогу, окруженную тьмой. Из-за снегопада казалось, что мы одни в целом мире.
— Я имела в виду, что у нас есть план, и мы его придерживаемся. Мы вместе больше трех лет, до окончания университета осталось еще два года. Потом Райли пойдет в юридическую школу и будет готовиться к политической карьере, а перед поступлением мы поженимся…
— Похоже на его план, а не твой.
В груди закипела жгучая ярость. Я сжала кулаки. Да кто он такой, чтобы сомневаться в нашем плане?
— Это и мой план тоже. — Я и в самом деле оправдывалась. — Я тоже хочу выйти замуж примерно в это время, потому что не представляю, как мы протянем еще несколько лет без се… — Я осеклась. Щеки запылали. Было темно, поэтому Джош меня не видел и не знал, что я стала такого же цвета, как его машина.
— Без чего? — спросил он.
Я не ответила.
Он повернулся и изумленно уставился на меня:
— Хочешь сказать, что вы три года встречаетесь и ни разу не занимались сексом?
— Смотри на дорогу! — прошипела я. Он сдержал смешок и сосредоточился на дороге. Я разжала и снова сжала кулаки. — Не верится, что я проболталась. Язык мой — враг мой!
— Неужели ты из тех, кто ждет до брака? — без тени насмешки в тоне спросил он. — Уважаю, но три года для парня немало. Чтобы ты знала.
Я покачала головой. Я и так все выболтала, мне нечего терять, можно и закончить мысль. Тем более, что через неделю я уеду, и мы с Джошем больше не увидимся.
— Райли хочет подождать. Говорит, что ради меня. Хочет, чтобы все было безупречно и невинно. Обещает, что ожидание того стоит… и для него это важно. Не то чтобы я в восторге, зато, когда придет день, все пройдет идеально, как мы и планировали. Думаю, он просто старомоден.
— А ты не хочешь ждать?
Ну все, он перешел черту. Я покачала головой.
Его взгляд скользнул по моей фигуре.
— Райли святой, не иначе.
Мне было приятно это услышать, и я себя за это возненавидела. Райли должен делать мне комплименты, не Джош. Я тщательно продумала свой наряд: у меня тоже был план. Мне надоело ждать. Жизнь такая штука, никогда не знаешь, что будет завтра. Так какой смысл тянуть?
Я заправила узкие джинсы в черные сапоги и надела кружевной топ, который так нравился Райли, под серый свитер с поясом и глубоким вырезом. Стянула копну рыже-каштановых волос в небрежный пучок на макушке и постаралась с макияжем. Я должна была произвести на Райли впечатление.
Но произвела на Джоша. Это было очевидно. Когда он помогал мне сесть в машину, его карие глаза округлились, в них вспыхнуло желание, которое нельзя было спутать ни с чем, и огонек затеплился в той части меня, о существовании которой я совсем забыла. Он заметил меня, возжелал, и без должной осторожности огонек грозил спалить меня дотла.