Но она сказала только: — Это семейное дело. Спроси свою маму об аномалии Койпера.

Для Пула это ничего не значило, но это был не первый раз, когда он был втянут, более или менее неохотно, в глубокую семейную историю. — Я еду повидаться с ней. Доставляю ей амулет, артефакт, принесенный призраком червоточины. Если кто-нибудь сможет в этом разобраться…

— Боюсь, тебе придется отложить этот визит, — мягко сказала Гэа. — Еще новости. Тебя вызвали, Майкл. Вместе с твоим отцом.

— Вызвали? Кто? Правительство?

— Действительно. В частности, подкомитет Всемирного сената, который достаточно деликатно согласился собраться в одном из владений Пулов — кургане Гунхилли в Великобритании.

— Сенат. — Пул сжал кулак. — Знаете, я ничего этого не хотел.

— Но ты все равно это получил, так что не дуйся, — предостерегающе сказала Гэа.

Никола громко рассмеялась.

— А теперь давайте найдем этот шаттл. Конечно, корабль компании "Пул Индастриз", построенный для полета на Луну… У вас есть какой-нибудь багаж? Даже с помощью Гэа путешествие вниз было не таким быстрым, и, как с удивлением заметил Пул, Никола вскоре начала изнывать от нетерпения.

Было утро, когда шаттл высадил их у раскинувшейся конечной станции у основания космического лифта, в том месте, которое для административных целей все еще было известно как северная Нигерия. Никола явно ожидала, что их доставят самолетом до конечного пункта назначения, но теперь были приняты такие меры предосторожности в отношении воздействия на окружающую среду, что все немногие разрешенные полеты в космос начинались и заканчивались рядом с самими лифтами.

Оттуда можно было пересесть на монорельс.

Пока они втроем ждали посадки в маленькое купе поезда, идущего на север, Пул увидел, как Никола всматривается в небо: многочисленные лифтовые тросы поднимаются в синеву, даже при дневном свете видны искры орбитальных поселений и фабрик — более яркое свечение, скользящее по небу, — это, вероятно, был коллектор-сепаратор, суборбитальный аппарат, собирающий рассеянный азот из верхних слоев атмосферы для экспорта в растущие аркологии на Марсе.

— Вы не привыкли ни к чему из этого, — заметил Пул с некоторым удивлением. — Я думал, вы родились на Земле.

— Выросла в основном на Луне. И сбежала оттуда, как только смогла украсть шаттл каменных крыс и отправиться к астероидам.

— Тогда, как пилот, вы, должно быть, были самоучкой?

Она усмехнулась. — Меня никогда не научили бы многому из того, что я делаю.

После всего того времени, что они провели вместе, Никола оставалась загадкой для Пула. — Вы отказываетесь от АВТ. Совершаете достаточно глупые преступления, на которых легко попасться.

Она рассмеялась. — Я бы не назвала это преступлением. Просто игра. Немного мошенничества и прочего, чтобы отомстить нескольким врагам семьи. Некоторым врагам в семье.

Гэа сидела с ними, когда они устраивались в своем купе, перед ней на столе стояла имитация фляжки с водой как неотъемлемая часть ее виртуального присутствия. Сейчас Гэа мягко сказала: — Думаю, Майкл пытается понять, почему ты так саморазрушительна.

Никола пожала плечами. — Послушайте, может, я и провалила свое образование, но я не тупица. Вижу мир таким, какой он есть, вот и все. Там полно искусственных разумов вроде вас, которые всегда будут умнее меня, и правительств, которыми управляет глобальный класс стариков, которые никогда не вымрут и не сойдут с дороги. Как, наверное, и вы, Пул. Так что же нам остается делать, кроме как играть в нигилистические игры?

Поезд плавно и бесшумно тронулся. Здания конечной станции лифта проплывали мимо, сменяясь примитивной зеленью. И по мере того, как поезд удалялся от станции, лес сгустился; Пулу показалось, что он услышал необычный низкий гул, рычание, почти геологическое.

Гэа улыбнулась его реакции. — Лев.

Никола, казалось, не была впечатлена. — Как бы то ни было, после всего этого побега я здесь, ползаю по земле. Я имею в виду, поездом до самой Англии?

Гэа улыбнулась. — Это довольно быстро. И подожди, пока мы не переедем из Африки в Европу, следуя по гребню Гибралтарской плотины. Один из величайших инженерных проектов последнего времени "бутылочного горлышка": защита от наводнений всего Средиземноморского бассейна…

— Всякий раз, когда я нахожусь на Земле, чувствую, что должна ходить на цыпочках, чтобы не разбудить стариков.

— Что ж, возможно, это неплохая аналогия. Но мы знаем, насколько драгоценна Земля сейчас, если не знали раньше. Взгляните, например, на это путешествие. Кто хочет снова все испортить, просто чтобы немного быстрее добраться из одного места в другое?

— О, в Лету с этим. Просто разбудите меня, когда приедем. — Она перевернулась на другой бок, подложила под щеку свернутую куртку, прислонилась к окну и закрыла глаза.