— Забористая штука… — Меня будто изнутри выкрутили и выжали.

— Зато работает, — ответил я. — И, судя по всему, неплохо.

Грэм вздохнул.

После этого я сделал еще две порции уже обычной выжимки и дал Грэму. Тут всё прошло как обычно и Виа поглотила всё то, что выхаркал Грэм. Ничего, пусть это всего лишь 1% от хвори, но с лечением от Рыхлого будет все пять, а то и больше. А это уже неплохой удар по болячке.

За три подхода Виа повысила устойчивость к черной хвори на 4%. Неплохо.

После этого Грэм сказал, что на утро хватит, а то он и ходить не сможет. Он, конечно, преувеличивал: все-таки теперь я смешивал смесь с отхаркивающими растениями, и лечение ему давалось легче, чем раньше — не приходилось так сильно напрягаться всем телом.

Следующий сеанс проведем днем или вечером.

Пока Грэм приходил в себя, я попросил его показать секиру. Мне хотелось подержать ее в руках, ощутить ее вес и попробовать что-то вроде того, что делал старик утром во время тренировки. Увы, я был вынужден признать, что для моих мышц она была тяжеловата. Вернее, если бы я схватил ее двумя руками было бы самое оно, но вот Грэм орудовал ею с легкостью одной рукой. Да, это оружие точно не для меня. А вот метательные кинжалы — да. Мне они больше нравились. На мои потуги Грэм смотрел с легкой улыбкой на лице. Еще бы, представляю как я выглядел со стороны, но мне простительно. Я все-таки травник, а не охотник.

Но взял я секиру не столько для этого, сколько затем, чтобы проверить уровень живы в оружии. Из 120 единиц емкости осталось едва ли 24. Собственно, одноногий и говорил, что она держит заряд около дня. А по факту выходило даже чуть дольше. Правда, интенсивных боев у Грэма не было — может с ними она «разрядится» еще быстрее.

Грэм пошел за водой и за лунным мхом. Он понимал, что мне сейчас предстоит варка, ии я видел с каким удовольствием и с какой легкой походкой он отправился к реке.

Я же достал раздавленного прозрачного жучка Могильщика.

Анализ.

[Объект: Щупач (Мутировавшее насекомое).

Свойства существа: Способно впитывать в себя микрочастицы чужой живы и хранить их длительное время.

Особенности: При гибели передает короткий энергетический импульс свое рою (или тому, кто им управляет). В мертвом виде сохраняет остаточный фон, по которому может быть отслежен сородичами в радиусе 5 км.]

Вот как…

Я задумчиво повертел полупрозрачный трупик в пальцах. Идеальный разведчик: может взять образец живы, а если ты его убил, то хозяин получил импульс и уже знает, что его обнаружили. Вдобавок он через других жучков может отследить место гибели разведчика.

Однако выбрасывать его я не спешил — а толку? Жук лежал тут весь день и всю ночь. Где мы живем и так все знают.

Я вышел во двор и подошел к живой корзине, сплетенной из изгороди. За ночь она сильно изменилась. Побеги потемнели, налились плотностью и покрылись короткими, жесткими шипами. Но главное — у самого основания, на дне, образовалось плотное древесное утолщение размером с грецкий орех.

Я прикоснулся к нему Даром. Узел — своеобразное «ядро», центр этого растения-мутанта. Пронзи его — и оно погибнет. Ахиллесова пята.

И тут до меня дошло: мутировавшим, усложненным растениям нужно средоточие их примитивной «воли». То, что уже не помещается в обычном растении, потому что оно слишком отличается от них. И похоже чем мощнее мутант, тем крупнее этот узелок. У мелких сорняков такого нет, но у Старшего душильника, — который состоял из пяти особей, — не было ограничений в росте, и такие уплотнения появились, став ядрами. У моего душильника такого пока нет, но теперь думаю, что скоро появится, если я начну его откармливать.

Стоп! А почему у Виа такого нет? Она ведь мой самый сильный симбионт-мутант. У нее-то точно должно было быть такое ядро, но я бы заметил подобное. У нее никогда не было ядра. Да, она, конечно, еще не достигла больших размеров, так и корзина была не огромная.

Я позвал лиану и тщательно прощупал ее структуру своим Даром. И понял, как сильно ошибался — у нее были узлы. Три-четыре десятка крошечных, с бисеринку уплотнений, равномерно рассыпанных по всей длине ее тела, на которые я не обращал внимание.

Она просто «не держит все яйца в одной корзине», — понял я. — Если ей отрубят кусок, то остальное тело выживет, потому что воля распределена. Даже потеря десятков уплотнений ничего ей не сделает.

Но вот в чем я был уверен, так это в том, что до обретения зачатков самосознания таких точек у нее не было — она эволюционировала, чтобы выживать. Но выходит, что такие места симбионтов нужно особенно тщательно защищать? Возможно начинать закалку именно с них?. Похоже, что да. Это та уязвимость, о которой я не подозревал. Хотя если подумать, то пустотелый обладал такой же слабостью — зеленым сердцем.