— А теперь случился сильный прорыв? — уточнил я, — Очень много тварей?

— Да, — кивнул Грэм. — Очень много тварей в одном месте. Прорыв случился чуть западнее Огненной Проплешины.

— Прорыв — это сколько существ?

— Сотни и сотни сильных тварей в одном месте, Элиас. Это может быть большая стая сильных существ, или даже несколько, которые сносят всё живое на своем пути. Мы такие встречали в Глубинах и… всегда обходили стороной. Сражаться с такими — себе дороже. Всегда кого-то теряешь, овчинка выделки не стоит. А сейчас эта орда в Кромке.

— А что Страж? — спросил я, — Ты же говорил, что он не должен пускать такое…в Кромку…

— Не должен… — как-то грустно сказал Грэм, переступая через корень дерева, — Я до сего момента искренне считал, что из-за него у нас и безопасно.

Я же понимал, что здесь что-то не вяжется. Этот Страж, — олень, которого я видел, — неужели он один мог сдерживать такие колоссальные потоки мутантов? Чем он держал их в страхе? Почему они его слушались? И вообще — в нем ли было дело? И тут даже странно, что такой прагматик, как Грэм верил в это. Хотя…я вынужден был признать, что когда увидел то существо, то испытал какое-то внутреннее благоговение перед ним. Потому что он был «другим».

— А ты уверен, что их не пускал именно Страж? — осторожно спросил я. — Может, им просто было лучше в Глубинах? А сейчас в Глубинах стало слишком опасно, вот они и полезли наружу. Ты же сам мне так говорил.

— Говорил… говорил, — неохотно признал Грэм. Он как-то странно вздохнул, глядя на кроны деревьев. — Знаешь, не один я верю в Стража. Джарл тоже в него верит, и многие другие старые охотники. Любому человеку, знаешь ли, хочется верить, что существует невидимый защитник, оберегающий твой дом от самых страшных невзгод. А если потом окажется, что никакого защитника нет…

Я кивнул. Конечно, разрушение веры во что-то бьет сильнее всего по человеку. Правда, в случае с оленем, — или Стражем, — что я, что Грэм знали — он абсолютно реален.

— В любом случае, — жестко подытожил Грэм, отгоняя неприятные мысли, — что бы ни послужило причиной, факт остается фактом — Прорыв случился.

— А на твоей памяти вообще были подобные прорывы? — уточнил я.

— В молодости я слышал, что были, но именно что «слышал» — сказал Грэм. — И они были не у нас. А всё, что происходит где-то там, далеко — это могло быть просто пьяным преувеличением торговцев.

— Понятно…и что теперь с этим делать? Где теперь можно ходить, а где нельзя?

Грэм успокаивающе положил ладонь мне на плечо.

— Джарл и его объединенные отряды зачистят тот участок, где произошел Прорыв. Вся зона справа от Жаровни сейчас закрыта, туда никого не пускают.

— Почему они думают, что твари не двинутся в других направлениях? — спросил я.

— Потому что твари уже устроили гнездо неподалеку от Жаровни.

Я замер.

— Неприятно…выходит, крови саламандр у меня не будет?

— До зачистки нас туда не пустят, — ответил Грэм, — Да и я не идиот, чтобы рисковать идти туда, где работают группы охотников. Где много тварей — там могут произойти… «случайности».

— А что это за твари? — прищурился я, — Джарл не сказал?

— Стая камнеголовых.

— А кто это? — спросил я. — Не помню, чтобы ты упоминал таких.

— Есть обычные кабаны, — сказал Грэм, — А есть здоровенные секачи. Так вот каждый камнеголовый — как секач. Пробить его шкуру сложно, он чудовищно силен и быстр, когда необходимо, и может совершать мощные рывки.

— Значит, таких тварей сотни? — похолодел я.

— Да.

Почти минуту мы шли молча.

— А Могильщик, ты про него рассказал?

Грэм хмыкнул:

— Сказал, что если увидят старика на огромном жуке пусть не спешат убивать.

— А Джарл не знает Могильщика?

— Знает, но предупреждение в таких делах не помешает.

— Он брал твое оружие, — сказал я.

— Заинтересовался.

— Он понял, что оно сломано? — приостановился я, и вынул Виа из корзины. Теперь, когда отряды Охотников остались далеко позади, можно дать ей поохотиться.

Лиана бесшумно скользнула по земле и исчезла в подлеске, начав охоту.

Скиталец сегодня был дома — решил его оставить, пусть подпитывает сад и Сердечника.

— Думаю, что не понял. Такое сходу не понять, — ответил Грэм, — А к Рунам он не присматривался. Сказал, что любит оружие потяжелее.

Мы направлялись к роще Железных Дубов. Пора проверить сеть и заполнить уже порядком разрядившуюся секиру Грэма.

— Слушай, — я посмотрел на деда. — А это не случайность, что вчера Могильщик вернулся из Глубин, и тут же, этой же ночью, случился Прорыв?