— Если они поженятся без присутствия семьи, вы не будете возражать? — спросил я.

На той стороне трубки воцарилось молчание.

— Александр Владимирович? — забеспокоился я.

А то вдруг мое предложение настолько неприлично, что собеседник потерял дар речи от возмущения. Речь-то идет о княжне и княжиче. И свадьба должна быть пышной и многочисленной.

— Я не думаю, что это возможно, Петр, — наконец прорезался голос у Щепкина. — Но если вдруг таковое произойдет, то с нашей стороны будет лишь признательность к вам и никаких претензий. В конце концов, дети действительно любят друг друга. Ваш брат столько сделал для моей дочери…

И он принялся слезливо восхвалять Лёню. Это могло затянуться, поэтому я быстро свернул разговор, сказав, что сейчас же выхожу к ним.

— Может, ее похитить? — внезапно предложил Валерон. — Митя рассказывал, что у некоторых народностей даже принято похищать невесту. Вот мы и поступим в соответствии с традициями. Щепкина поймет, что если ее уже украли, то на нее больше никто не позарится — с приданым там наверняка всё плохо после лишения княжества.

— Нет, это не наш метод, — отрезал я. — Мы будем убеждать. Понимаешь, если Щепкина упрется, мы только расстроим Лёню, и всё.

— С чего ей упираться?

— Она Лёню любит и хочет, чтобы было как лучше для него.

— Совершенно ненормально, — ответил Валерон. — Нужно сначала думать, как будет лучше тебе, потом — как будет лучше обоим. А уж одни чужие интересы вообще не должны волновать.

— Мышление княжеской семьи — когда на первом месте интересы княжества, — пояснил я.

— Вот пусть и думает об интересах Щепкинского княжества. Им же выгодно, если она выйдет за другого князя и будет им помогать материально.

— Боюсь, такой довод ей не будет важен, — ответил я. — Так. Я пошел к Щепкиным. А ты чтобы никаких несанкционированных покушений больше не производил. А то у тебя похищенные перемешаются, и ты вместо Анастасии вытряхнешь перед Лёней императора.

— Я ее отдельно помещу, я же не идиот, — возмутился Валерон.

— Короче, никаких похищений больше.

— Да и похищать уже некого, — пессимистично сказал Валерон. — Как-то все злоумышляющие резко закончились.

Он вздохнул, пришлось его ободрить:

— У нас нынче злоумышляющие выйдут на новый уровень — антигосударственный. В посольствах злоумышленники наверняка найдутся.

— Точно, — обрадовался он. — А где будут особо злостно злоумышлять, там компенсацию уже можно будет брать с правителей. Только ты сначала хранилище сделай, чтобы было куда складывать.

— Договорились, — легко согласился я. — Пока хранилища не построены, компенсацию ты не собираешь.

— Кроме денег и мелочей, — торопливо вставил Валерон.

— И нэцкэ, — добавила забеспокоившаяся Хикари. — Со шкафчиками.

— Шкафчики мы купим отдельно, — сказал я и хлопнул ладонью по столу, прекращая разговор.

В конце концов, мне еще со Щепкиной разговаривать, а я здесь все доводы потрачу, на нее ничего не останется. Хотя то, что Хикари просила новые шкафчики, а не новые жертвы, уже настраивало на позитивный лад. Котики, они кого хочешь излечат.

До дома Щепкиных я дошел без всяких задержек. В гостиной, кроме Анастасии, обнаружилась Ольга Станиславовна.

— Петр, мы так рады вас видеть, — обрадовалась она. — Возможно, вам удастся уговорить эту упрямицу. Супруг отчаялся. Как будто нам своих проблем не хватает, приходится еще и решать проблемы дочери.

Анастасия сидела с плотно сжатыми губами, как будто боялась, что откроет она рот — и решимость сразу испарится. Похоже, уговоры шли со всех сторон, и мое появление девушка восприняла в штыки.

— Анастасия, я бы хотел вас пригласить на прогулку, — сказал я. — У меня есть к вам секретный разговор, который не должны слышать посторонние.

— Я не соглашусь, — упрямо ответила она, всё-таки разомкнув губы.

— Если вы уверены в своем решении, то вас не должен пугать всего лишь разговор.

— В самом деле, Настя, Петр Аркадьевич — достойный молодой человек, он не замыслил ничего дурного, — уверенно сказала ее мать. — Не случится ничего страшного, если вы прогуляетесь. Доктора говорят, что дышать свежим воздухом полезно, от этого улучшается цвет лица.

— Я не хочу, — заявила Анастасия.

Я подумал, что идея Валерона не настолько плоха, как мне показалось изначально. Потому что я уже вполне определенно решил пообещать Щепкиной магию, если она согласится выйти за Лёню. Причем пообещать до, потому что иначе она упрется и ни за что не согласится — это было по ней видно.