Они переглянулись и закричали.

– Бежим, мать твою!
– заорал Джаред.

Он поднял винтовку и несколько раз выстрелил в сторону жужжания. Но слепень двигалась так быстро, что к тому времени, как пули вылетели из ствола, она уже переместилась в другое место.

Чудовище уселось на распотрошенную верхнюю часть тела Уэйна, и Тоби немного полегчало. Пока они бежали по тропе, увеличивая расстояние между собой и смертоносным слепнем, Тоби молился, чтобы тело Уэйна отвлекло ее и позволило им спастись.

АМБАР

– Ты уверен, что нам стоит остаться здесь?
– спросила Уитни.
– Тебе не кажется, что в доме было бы лучше...

– Сука, я просил тебя, блядь, подумать?
– спросил Рубен.
– Не то, чтобы я должен был объясняться, но в амбаре нет окон для этого... это то, что нужно, чтобы заглянуть внутрь или взломать дверь, - он посмотрел на различные сельскохозяйственные инструменты, развешанные у входа, и вместо вил и лопаты выбрал топор. Он снял его и прислонил к стене.
– К тому же, по крайней мере, здесь у нас полно оружия.

– Просто... я не чувствую себя в безопасности, - прошептала Уитни.
– Мне не нравится здесь находиться.

С каждым ее словом у Рубена повышалось давление. Он устал от расспросов. Он вспомнил коттедж, где Зак ударил его и повалил на задницу. Когда он пришел в себя и взглянул на девушек, у Уитни, в частности, было такое выражение лица - как будто, когда эти удары ошеломили его, они одновременно ошеломили и ее уважение к нему. На ее лице отразилась смесь отвращения, смущения и неприязни. Крутой парень, который командовал ею, больше не казался таким уж крутым. Он видел, что она в нем сомневается, и это сомнение разожгло в нем ярость.

В доме его взбесило кое-что еще. После того как он показал видеозапись остальным, Нина обвинила их в том, что они ее чем-то накачали. Они бесчисленное количество раз обсуждали план, но Уитни, должно быть, пропустила мимо ушей самое главное правило: если накачаешь кого-то наркотиками, не говори ему об этом.

Он сдерживался, но когда Уитни сказала Нине, что та их раскусила, он был готов взорваться. В другой ситуации он бы на месте выбил из нее всю дурь. Но он не хотел показывать своей жертве, что в их рядах есть слабое звено. В первую очередь им нужно было шантажировать Остина и его толстый кошелек.

– Ты правда чувствуешь себя здесь в безопасности?
– настаивала Уитни.
– Может, мы просто...

– Сейчас нигде не безопасно, - прорычал Рубен.
– Снаружи гигантское гребаное насекомое пожирает людей.

Уитни состроила недовольную гримасу и топнула ногой.

– Почему ты никогда не можешь просто выслушать меня? Ты никогда меня не слушаешь!

– Говори потише, черт возьми!

Она демонстративно повысила голос.

– Когда мы устраивались, я говорила тебе, что у меня плохое предчувствие! Но ты не послушал! А теперь посмотри на нас! Мы одни, и никто не хочет нам помочь!

– Нам не нужна ничья помощь!

– Говори за себя!
– глаза Уитни загорелись.
– Когда дело дошло до драки, Зак выглядел гораздо более готовым, чем ты.

Рубен шагнул к ней.

– Никто, блядь, не готов больше, чем я.

– Да? Из-за этого ты потерял сознание?

Когда эти слова слетели с ее губ, Рубен увидел, как огонь в глазах Уитни погас. Она сразу же раскаялась и бросилась извиняться.

– Я... я не имела в виду...

Рубен ударил ее тыльной стороной ладони изо всех сил, что у него были. От сильного удара она шлепнулась на задницу, а раскрытая ладонь быстро превратилась в сжатый кулак.

– Что ты мне, сука, такого сказала?!
– заорал Рубен, ударяя ее кулаком в челюсть.

По ее лицу потекла кровь из рассеченной губы. После следующего удара Рубен почувствовал, что тяжесть на его плечах немного уменьшилась. Глухие удары костяшек пальцев по мясу успокаивали его, и он наслаждался каждым новым ударом по ее голове.

– Вот, значит, как ты меня воспринимаешь?!
– заорал он.

Прошло совсем немного времени, и лицо Уитни превратилось в жуткое месиво. Зубы у нее были выбиты, нос свернут набок и сочился кровью и соплями. На лбу и щеках вздувались шишки, а на лице виднелось множество глубоких ран, в одной из которых виднелась кость.

– Скажи что-нибудь еще!
– прорычал Рубен.

Несмотря на жестокость избиения, гнев не покидал Рубена. Драка давно закончилась, но он не собирался останавливаться. С каждым ударом его жажда мести становилась все сильнее, потому что, продолжая бить по окровавленной маске, он видел перед собой не лицо Уитни.

Он видел лицо Зака.

ПРОСВЕТЛЕНИЕ

Ббббб-ззззззз-зззззз...

Слепень уронила нижнюю часть тела ковбоя на землю. У озера было темно, но когда она посмотрела на ветви деревьев, нависающие над водой, то увидела, что белые шарики, прилипшие к ним, засветились.