Я бросаю взгляд на разложенную по кровати одежду.

— Собираюсь.

— Отлично. Тогда собирайся быстрее.

— Куда?

— Мы идем на свидание.

Я фыркаю.

— Ну, какое еще свидание, Мишка?

— Самое обычное. Пообедаем. Потом погуляем. Погода шикарная. Мороженое съедим.

Так просто. Так естественно. Будто между нами и не было трех лет разлуки. Я присаживаюсь на край кровати и провожу ладонью по покрывалу. Наверное, еще неделю назад согласилась бы, не раздумывая. Вчера тоже. Но сегодня... Сегодня не могу.

Хотя идея с мороженым мне и нравится. Все же бывший отлично меня изучил за годы брака.

— Давай в другой раз. Сегодня никак не получится.

Он замолкает. Совсем ненадолго. Но мне хватает и этой короткой паузы, чтобы почувствовать себя виноватой. С чего вдруг? Его так долго не было в моей жизни! Я ничего ему не должна. И наш секс мало что изменил в этом смысле.

— Почему?

Вот как ему объяснить? Что меня уже пригласил на свидание другой мужчина? Мужчина, в руках у которого есть козырь в виде дочери, зовущей меня мамой?

— У меня уже есть планы на этот день, — отвечаю уклончиво. Гуськов моим ответом явно раздосадован. Но все же он воздерживается от напрашивающегося вопроса, что для меня может быть важнее, чем он.

Это хорошо. Я не хочу ему врать. Но и не хочу рассказывать правду. Он наверняка скажет, что я спятила. И ведь не поспоришь. Мне и самой так порой кажется.

— Ну, тогда хорошего тебе дня. И не пропадай, да?

— Да, до встречи.

С облегчением откладываю телефон. Закручиваю тушь и отхожу на шаг от зеркала, любуясь собой. Я действительно не похожа на Элю, маму Кати. Андрей тут не соврал. И, наверное, я не хочу быть на нее похожей. Что не может не радовать, потому как это было бы совсем уж клиникой. Тем не менее, мне хочется ей понравиться. Я с тоской смотрю на платье, под которое бы лучше было надеть каблуки. Но, во-первых, у меня все еще ощутимо болит нога, а во-вторых, бегать за трехлетним ребенком на десятисантиметровых шпильках — весьма сомнительное удовольствие.

Я решительно убираю платье обратно в шкаф. И достаю светлые широкие брюки. Белую свободную блузку. Лоферы. Так гораздо удобнее. Да и вообще... Ужин ужином, но это же не означает, что сразу после него мы и разойдемся? С детьми никогда ничего не знаешь заранее. Вдруг Катя захочет прогуляться?

Точно! Я хватаю телефон. Открываю карту. Набираю название ресторана, которое вчера прислал Андрей. И начинаю прочесывать все места, куда можно сходить с ребенком.

Батутный центр... Контактный зоопарк... Парк развлечений...

Через десять минут у меня открыто шесть вкладок и на всякий случай спланирована грандиозная программа. Вряд ли ребенку будет интересно провести два часа за взрослым столом. Ну, или сколько мы там будем ужинать?

Ровно без пяти шесть я стою возле ресторана. Пришла, конечно же, раньше. Терпеть не могу заставлять людей ждать. Да и как усидеть на месте, когда я так волнуюсь? Поправляю ремешок сумки и в который раз оглядываюсь по сторонам.

Может, они уже приехали? Детский смех мгновенно заставляет меня обернуться. Нет. Не они. Какая-то молодая пара проходит мимо. Мужчина несет на плечах мальчишку лет четырех. Тот счастливо визжит, пытаясь достать руками молодые листья на деревьях.

Я улыбаюсь… Интересно, Катя тоже просится к Андрею на плечи? Наверняка. Возможно, именно на плечах отца она «поедет» в ближайший батутный парк. До него рукой подать, я уже придумываю, как ненавязчиво предложить Чарскому этот поход, когда возле тротуара плавно тормозит знакомый темный автомобиль.

Сердце почему-то начинает биться быстрее. Взгляд соскальзывает на заднее сиденье. Там же обычно ездит Катя, да? Но в этот раз детское кресло пустует. Может быть, он просто его переставил?

Пока я гадаю, Андрей выходит из машины и, заметив меня, устремляется прямиком к ресторану. В смысле? А как же Катя? Он что… один?!

Нет, ну… Ничего страшного, да. Но возникает ощущение, что кто-то незаметно вынул одну из опор, на которых держалось мое приподнятое настроение.

— Привет.

— Привет.

Подойдя ближе, Андрей останавливается. С его лица будто стекает маска, и на секунду я вижу то, что он вряд ли хотел мне вот так в открытую демонстрировать — очень примитивный мужской интерес. Такой, знаете, без прикрас голод.

— Вау. Ты сегодня особенно хороша.

«На самом деле могла быть и лучше», — маскируя смешок под кашель, думаю я и опускаю взгляд на носы своих лоферов. Впрочем, не говорить же ему про то, что я специально выбрала удобную одежду, чтобы бегать за Катей? Так я дам понять, что у нас случилось глобальное недопонимание. И тем самым наверняка задену его в лучших чувствах.

Господи...

— А где... — Я запинаюсь. — ...Катя?

На лице Андрея появляется расслабленная улыбка. Слава богу, он не усматривает в моем вопросе ничего такого. Все же он растит дочь один. И, видно, привык к подобным вопросам.

— У мамы.

Я непонимающе моргаю.

— У моей мамы, — нахмурившись, уточняет он. — Она иногда остается у бабушки на выходные, если у меня появляются дела или нужно уехать по работе.

Боже, я дура! Я такая дура! А ведь после произошедшего на кухне нетрудно было бы догадаться, что…