Шрифт:
Я в нём узнала ректора. Его лицо было непроницаемым. В глазах застыл холодный расчёт.
Участники экспедиции закивали и пошли в непроглядный туман.
Приглушённые звуки, доносившиеся из леса, искажались эхом. Моросил прохладный дождь. Туман становился гуще, плотнее.
Отряд шёл медленно, друг за другом. Впереди — отец, за ним мама, потом юноша, у которого на плече был вышит красный крест.
— Медик… — догадалась я.
За ним шёл плечистый мужчина и две девушки. Замыкал цепочку юный ректор.
— Смотрите, — вдруг произнёс Фёдор Николаевич. — Там у оврага. Вы видите зелёный свет?
Все обернулись. Я тоже увидела слабое свечение, пробивающееся сквозь туман. Оно пульсировало, как живое.
— Это признак прорыва, — смахнув с лица капли дождя, сказала девушка.
— Давайте, я и Зоя пойдём посмотрим, — предложил ректор.
— Разделяться нельзя, — покачал головой отец. — Вот-вот поднимется песчаная буря.
И действительно, ветер усилился. Туман начал клубиться и закручиваться в спирали. В воздухе появился запах мокрого песка.
— Нам нужно в укрытие, — произнёс широкоплечий парень. — Что-то неладное творится.
— Туда! — папа указал на тёмное пятно впереди. — Там ущелье. Переждём.
И они побежали. Сильный ветер бил в спины, песок забивался в глаза, в рот, в нос.
Даже я начала дышать с трудом.
Ущелье оказалось узким, мрачным, но в нём можно было спрятаться от ветра. Отряд ввалился туда, отплёвываясь от песка.
— Я пойду на разведку, — проговорил отец отдышавшись. — Обойду близлежащую территорию и вернусь.
— Я с тобой, — мама схватила его за руку.
— Нет. Останься.
Он поцеловал её и растворился в тумане.
Глава 25
Глава 25
Прошло минут десять. Папа всё не возвращался.
— Я выйду… Осмотрюсь, — ректор встал с большого камня, на котором сидел и ушёл.
Примерно через несколько минут, раздались пронзительные крики и вспышки света от использования боевых рун.
Мама вскочила.
— Там что-то происходит! — закричала она.
Она бросилась к выходу, но медик схватил её за руку.
— Нельзя. Мы не знаем, что там.
— Зоя, останься! — выкрикнула брюнетка.
— Давай дождёмся Мишу и Федю! — сказала вторая.
— Алла, Оксана, а если им нужна помощь?! — прокричала мама.
И в этот момент из тумана вышел ректор. Его лицо было бледным, одежда порвана.
— Мишку затянуло в разрыв, — глядя себе под ноги, произнёс он. — Я пытался его вытащить… Но не смог.
Мама замерла. Я почувствовала её боль и отчаяние.
— Что? — выдохнула она. — Как?! Он же лучший страж! Не может быть…
— Тьма затянула его, — перебил её Фёдор Николаевич. — Это случилось быстро. Я ничего не смог сделать.
Все замолчали. В ущелье стало тихо.
— Веди нас, — велела ему мама. — Покажи, где это случилось.
Ректор метнул на неё испуганный взгляд, но, обречённо кивнув, вышел из укрытия. Все последовали за ним.
У большого валуна, покрытого мхом, он остановился.
— Здесь, — сказал он.
Мама опустилась на колени. Я видела, как её дрожащие пальцы касаются земли, ища энергетические следы. Но она находит лишь капли крови и лоскуты ткани.
— Он погиб, Зоечка, — едва слышно произнесла Алла.
Мама не плакала. Она смотрела на капли крови и молчала. А потом подняла глаза на ректора.
— Зоя, я сам в шоке, — губы ректора искривились, — такой опытный страж, а позволил тьме утащить себя. Позор…
Мама вскочила. Её лицо было искажено яростью.
— Не смей! — выкрикнула она. — Не смей так говорить о Мише!
Она закрыла лицо руками и разрыдалась.
— Хватит, — бросил Фёдор Николаевич. — Я беру командование отрядом на себя. Идём к разрыву.
— А как мы вернёмся? — поинтересовалась Оксана. — Камень же… утерян…
— Вернёмся, — ректор достал из кармана куртки киавтуит. — Михаил успел его кинуть мне.
— Фух… — Алла с облегчением вздохнула.
Оксана подошла к маме и приобняла её.
— Пойдём… — тихо проговорила она.
Они дошли до края леса и остановились. Перед ними зияла дыра. Это был огромный разрыв. Неровный овал висел в воздухе, как открытая рана. Из него вылетали чёрные всполохи. Это была живая, голодная тьма. Она тянулась к ним и хватала всё, до чего могла дотянуться, и тащила к себе.