Private-Bookers
Домовой
вернуться

Кириллов Дмитрий

Шрифт:

Сатирик, жмурясь от отвращения, жевал покрытых слизью моллюсков, чувствуя, как их маленькие тела бьются в предсмертной агонии у него во рту. В голове же у молодого сатира, расталкивая друг друга, теснились мысли, одна тревожнее и мрачнее другой: «Что это за люди? Надо им помочь, хотя бы попытаться. Но как?! А Зин-ун? Неужели эту милую малышку отдадут, словно вещь, какому-нибудь грубому, жестокому скоту? Не хочу этого! Что будет с нами? С миссис Стрикс, со мной, наконец?!»

Подавив рвотный позыв, Сатирик сглотнул и почувствовал, как слегка пережёванный моллюск отправился в путешествие к его желудку. Чувствуя на себе внимательный, недобрый взгляд Кисарю-ина, молодой сатир медленно взял с тарелки-листа следующего «приговоренного к казни через жевание».

Тут снаружи послышался звук: медленный, нарастающий, величественный.

Он словно полз, подобно огромной змее, по центральной улице Улуч-ахана, заглядывая в каждую пещеру, отзываясь в сердце каждого ритаса. Звук в равной степени походил на голос огромной трубы и отдалённый гудок теплохода в тумане. Если, конечно, можно представить себе теплоход здесь, среди средневековых песков и скал! Все члены семейного клана повернулись к входу в пещеру, прислушиваясь. Сатирик незаметно выплюнул под стол несчастного моллюска и тоже прислушался.

— Это Зук-ан, тот, что разносит вести, дует в Акдуд, — шепнула ему юная ритаска.

— Акдуд? Это что, музыкальный инструмент?

— Му-зы… Я не знаю такого слова. Акдуд делают из раковины Шо, гигантского моллюска. Шо встречается очень редко, Акдуд ревниво берегут, как воин — свою невесту.

— Зачем он в него дует?

— Он зовёт всех жителей города собираться на площади возле пещеры Повелителя Иса-ана. Скоро Повелитель обратится к народу, а потом…

— Эй! — грубо окликнул дочь Кисарю-ин. — Иди приведи себя в порядок. Я не хочу, чтобы тот достойнейший из воинов, который отчего-то обратил внимание на тебя, строптивая замухрышка, остался недоволен! Ты тоже собирайся, чужак. Сегодня Великий Иса-ан решит твою судьбу: останешься ли ты с нами, а быть может, даже получишь возможность, как я, носить славное ритасское имя, заканчивающееся на «ин», или… — и Кисарю-ин, страшно выпучив глаза, провёл себе ребром ладони по горлу.

Вероятно, он ожидал увидеть страх на лице Сатирика, но увидел лишь простодушную улыбку:

— Разрешите мне, на всякий случай, проститься с миссис Стрикс?

— С кем?!

— Ну… С моей ручной тварью. Можно?

— Что ж, — Кисарю-ин с важным видом надул щеки, — думаю, что твоей судьбы это никак не изменит. Попытаешься сбежать — шанса стать одним из нас уже не будет. А будет туша. Твоя дохлая туша с отрезанной головой. Понял?

— Конечно! На самом деле, я жутко хочу стать одним из вас! Жутко хочу увидеть Великого Повелителя! Несколько минут, всего несколько минут…

— Чего несколько? — удивился ритас, не знающий часов и минут.

— Ну… Недолго я! Спасибо! — и, глубоко поклонившись, Сатирик растаял в полумраке пещеры, направившись прямиком к нише, где стояла клетка с совой.

Миссис Стикс тихонько ухнула и радостно подпрыгнула за плетёной решёткой, увидев сатира.

— Миссис Стрикс, у меня совсем немного времени, пожалуйста, не перебивайте меня. Как ваше крыло?

— Не волнуйся, мой мальчик, оно уже совсем не болит.

— Сейчас… — Сатирик развязал сухую лиану, служившую в качестве замка, и распахнул дверцу. Сова вышла из клетки и остановилась в ожидании, глядя на него.

— Я попробую снять шины. Только… Я никогда этого не делал и не знаю, срослись ли кости? Не знаю…

— Снимай. Срослись. Я просто верю.

— Почему? Почему вы так уверены?

— Дружочек мой, ты забыл? Мы ведь родом из сказки! И сейчас мы где? В сказке, Сатирик, в сказке. Пускай немного страшноватой, пускай иногда откровенно пугающей, но — в сказке! Неужели ты не понимаешь? А в сказках со сказочными героями случаются любые чудеса…

И всё же, когда, сосредоточенно сопя, сатир снял шину, сова не без боязни решилась расправить крылья. Затем плавно махнула ими: раз, другой, третий…

— Сатирик, милый, я здорова! — птица выглядела совершенно счастливой.

— Конечно, здоровы. И хорошо… — грустно улыбнулся молодой сатир. — А теперь я пойду. Клетку закрывать не буду. Подождите, пока все уйдут, и улетайте.

— Что ты говоришь? Как же…

— Нет. Что бы там ни случилось, вы мне всё равно не поможете. Мне будет легче, если хоть один из моих друзей будет в безопасности. А я… Я попробую помешать тому, что должно случиться. С Зин-ун, с этими бедными незнакомцами… На всякий случай — прощайте!

— Постой! Ещё минута, только минута… Если тебе вдруг доведётся увидеть Афанасия раньше, чем мне, передай, что я очень скучаю по нему. По всем скучаю, конечно, и по Ксюше, и по Зевсу, и по Андрею Андреевичу, но по Афоне — больше всех!

— Хорошо… Я передам… На всякий случай — прощайте!

Сатирик осторожно обнял сову и быстрым шагом вышел вон.

Глава десятая

Толпа, собравшаяся на площади возле пещеры Повелителя Иса-ана, шумела так, что, казалось, даже небо содрогается от этих полных ярости и нетерпения воплей. Небо было восхитительное, будто фосфоресцирующее. Оно понемногу, по капле, пропитывалось красками грядущей ночи.

  • Читать дальше
  • 1
  • ...
  • 31
  • 32
  • 33
  • 34
  • 35
  • 36
  • 37
  • 38
  • 39
  • 40
  • 41
  • ...

Private-Bookers - русскоязычная библиотека для чтения онлайн. Здесь удобно открывать книги с телефона и ПК, возвращаться к сохраненной странице и держать любимые произведения под рукой. Материалы добавляются пользователями; если считаете, что ваши права нарушены, воспользуйтесь формой обратной связи.

Полезные ссылки

  • Моя полка