Пацан прямо-таки светится от счастья. Старший-то брат всего лишь буркнул «ничо так в этот раз». Зажрался, не иначе.

— А у вас как дела?

— Пусть Гров рассказывает, хоть какую-то пользу принесёт… — и ржу при виде парня, глядящего на меня исподлобья.

Тем не менее рассказывает. Младший ведь слушает, раскрыв рот.

— Шалуна чуток подлечил. Пять жеребых кобыл обнаружил. Только-только — у них ещё долго видно не будет. Глазки у нескольких меринков очистил. С десяток голов от разных паразитов избавил…

Это я тоже умею, всяких паразитов и глистов ненавижу почти инфернально. Ну и натренировался дома. Но здесь есть нечто новенькое, какая-то инфекция. Больных отдельно держат, отдельно ими и займусь. Вчера вечером тупо накрыл карантинный загон энергетической волной. Так что укреплённые конские организмы точно продержатся.

— Ну что, пойдём снова? — Гров встаёт.

— Куда? — вопрошаю лениво, меня изрядно разморило.

— Ну, так к табуну! Продолжим лечить.

— Так всё! Некого больше лечить. Там некоторым копыта надо подправить, но это лучше на ночь делать.

Братья глядят на меня с изумлением, недоверием и восхищением.

— Может, лучше сходим, искупаемся? — эта идея настолько захватила меня, что я почти вскочил.

Только мужественным усилием заставляю себя сидеть. Да и сапоги надо сначала надеть.

Пляж был прекрасен. Светло-жёлтый песок, лишь в редких местах оживлённый конскими яблоками. Лошадок сюда стараются не пускать, водопой ниже по течению, но иногда забредают.

Братья быстро очистили прилегающую территорию и обустроили место для отдыха. Нарвали несколько охапок травы — я поучаствовал — и устроили отличное ложе, накрыв его широким куском ткани. Чуть раньше эта ткань служила навесом.

Раздеваемся, идём к воде. Зайдя по колено в прохладную воду, вдруг с разочарованием и обидой осознаю, что не умею плавать.

«Умеешь», — в голове возникает усмешка предка.

Навыки всё равно надо освоить, поэтому плещусь на мелководье, где глубина чуть выше пояса. Зато братья резвятся вовсю. То и дело ныряют, гоняются друг за другом под водой.

За один сеанс научился уверенно держаться на плаву, безбоязненно захожу на глубину. Наплескавшись, выходим на берег, валяемся на своём ложе, вальяжно беседуем.

— Классно с тобой отдыхать, Стэн, — уважительно сказал Гров, когда я махнул рукой очередной раз.

От невинного с виду жеста подкрадывающееся к нам облако мелкой и противной мошки будто взрывается. Вся гнусь опадает вниз.

— С вами ещё лучше, — возвращаю приятное вдесятеро. — Отличное место, отличная долинка, а о зайце я ещё долго не забуду.

— Стэн, а ты научишь нас лошадей лечить? — Дэн влезает с глупым вопросом.

— У вас дара нет, — вздыхаю сочувственно, — вам могут помочь только знания и умения. Вот смотри: насекомых отпугивает запах фижмы и душицы. Попробуйте делать из них настойку и обтирать лошадей. Только не кипятить, а просто держать в тёплой воде дня три-четыре. Не знаю, сработает или нет, но попробовать можно. Именно так нарабатываются семейные секреты.

Так и болтаем. Тем временем предок подбирает ключик к мелкой мошке. Заметного урона она не наносят, но надоедливая — ужас.

Перед отъездом, на котором настоял я, братья ещё раз окунулись. Жую последний кусок лепёшки, мой источник энергии почти опустошён. Это баронеты неутомимы.

Обратно не торопились, но добрались незаметно быстро. Кое-что обсуждали. У парней есть ещё сестра Лорелея. Младшая — ей ещё десяти лет нет. Откуда-то завелась у неё фобия, страх одиночества в тёмной ночной комнате. Поэтому приходится служанкам выходить на ночное дежурство к ней.

— А ещё эта дурында совсем маленькой рассказывала нам, что под её кроватью живёт чудовище, которое появляется только глухой ночью… — повествует разговорчивый Дэн.

— Сама придумает, сама потом боится, — пренебрежительно усмехается Гров.

— Девчонки часто бывают такими бестолковыми, что диву даёшься, — подкрепляю их рассказы своим авторитетным мнением. — Но надо воспитывать. Вы же старшие, значит, несёте за неё ответственность.

Естественным образом возникает вопрос «а как?» Вот это мы и обсуждаем. Весело и оживлённо. Мысль о том, какую и как несёт за меня ответственность Хендрик и старшие сёстры, застревает в голове досадной занозой.

До ужина далеко, но моя просьба подкрепиться вызывает немедленную реакцию. Братья тут же присоединяются. Мы, блаженно жмурясь, поедаем внушительных размеров пирог с мясом и ещё чем-то. Не разобрал — мне главное, что вкусно было.

— А мне пирога? — завистливое требование исходит от прискакавшей на кухню Лорки.

— Ты не будешь, он с горькими приправами, — остужает её пыл Гров.

Я не заметил ничего острого, но девочка тут же отстаёт. Незаметно подмигиваю Дэну и показываю глазами наверх.