Шрифт:
До возвращения наследника оставалось две недели. И вдруг Анна с удивлением осознала: она скучает. В душе расцветали странные, неуловимые чувства. Не любовь — о нет. После той боли, что принесла первая любовь, Анна зареклась испытывать подобное. Но Одаш Баладжар занял в её сердце особое место.
Она понимала: использует его ради своих целей. И всё же сопротивляться его доброте, его тёплой, почти детской доверчивости было невыносимо трудно.
В этот миг двери главного зала распахнулись, впуская Бильшияр и её дочь. Бросив на Анну взгляд, полный ледяного презрения, они направились к Эволь, которая тут же оживилась, словно цветок под лучами солнца.
После отправки Одаша в Хорту Бильшияр держалась тихо. Да и Тамиша, к удивлению многих, перестала преследовать старшего брата, утопая в своих неразделённых чувствах. К добру ли это? Время покажет.
Вечером в зал вошла сама махирад Садише. Медленно обойдя помещение, она сдержанно поблагодарила всех за труды — и тут же поспешила уйти, едва Рунна шепнула ей что-то на ухо.
Уходя, старая женщина бросила на Анну быстрый взгляд. От него по спине девушки пробежал неприятный холодок. В этом взгляде таилось нечто… невысказанное. Нечто, отчего сердце сжалось в тревожном предчувствии.
Чуть позже Анна получила записку от айшира Анаташа: «Примите мои искренние поздравления».
Она нахмурилась, сжимая листок в пальцах. Что это может значить?
Ответ пришёл неожиданно.
В покои Анны вихрем ворвалась взволнованная Нина. Её обычно невозмутимое лицо пылало, а дыхание сбивалось от спешки.
— Что случилось? — встрепенулась Анна, мгновенно почувствовав недоброе.
— Во дворец прибыла Танги Нын, дочь наместника провинции Градеж, — выпалила Нина, и в её взгляде мелькнула тень вины. — Махирад приказала мне подготовить её к свадьбе… с мензином Одашем.
На миг время словно остановилось. Анна замерла, пытаясь осмыслить услышанное. Неужели она действительно это сказала? Но виноватый взгляд Нины не оставлял сомнений — это не шутка и не ошибка.
Резко выдохнув, Анна поднялась на ноги. В голове словно щёлкнул невидимый замок, соединяя разрозненные фрагменты в единую картину. Вот оно что… Теперь всё становилось ясно.
Вот с чем поздравлял её советник.
Вот для чего затевалась эта уборка.
Вот почему махирад бросала на неё те странные взгляды.
Старуха решила избавиться от неё. Анна выполнила свою роль — помогла Одашу заявить о себе, привлечь внимание. Теперь она стала не нужна. На смену ей пришла новая игрушка — родовитая, послушная, полностью подвластная воле махирад.
Уперевшись ладонями в прохладный подоконник, Анна вдруг рассмеялась. Звук её смеха, резкий и непривычный, заставил Нину вздрогнуть.
— Ты в порядке? — с тревогой спросила она, подходя ближе.
Нина и сама не ожидала такого поворота. Ни единого намёка, ни единого слова… Возможно, видя, как тесно она общается с Анной, махирад начала что-то подозревать. И теперь доверяла ей меньше. Это было опасно.
— Вот значит, что ты задумала, — тихо произнесла Анна, глядя в окно, но видя перед собой лишь холодный расчётливый взгляд Садише. — Убрать меня от Одаша таким способом…
— Что ты будешь делать? — осторожно спросила Нина, коснувшись её плеча.
Анна медленно повернулась. В её глазах горел огонь, которого раньше подруга не видела.
— Всё то же, — твёрдо ответила она. — Если Садише думает, что сможет вот так просто разрушить то, что между нами с Одашем, она глубоко ошибается. Я покажу ей, что от меня так легко не избавишься.
***
Садише Баладжар наблюдала за Танги с удовлетворённой улыбкой. Девушка стояла у зеркала, примеряя роскошные одеяния, и каждое её движение излучало благородство и достоинство.
Да, брат порой бывает недальновидным, но в этот раз справился на славу, — мысленно отметила Садише.
Дочь наместника процветающей провинции — идеальная кандидатура на роль жены наследника престола. Воспитанная, умная, образованная, красивая… Она без труда затмит ту синеглазую рабыню и привлечёт внимание Одаша.
Улыбка не сходила с лица махирад. Она уже представляла, как изменится выражение лица Анны, когда та услышит о скорой свадьбе. Этот момент будет сладок…
Глава 7
— Вам необходимо пересмотреть договор, — произнесла Анна спокойно, почти безмятежно, но в её голосе звучала та непреклонная уверенность, что не оставляла места для споров.