Впрочем, зачастую находятся и помощники. Не стали исключением и мы — Аркос молча взял у Круглого один мешок.

— Эй, я справлялся!

— Видел, — прогудел Скала.

— И что?

— Не хотел смотреть дальше.

Что-что, а практически любую ситуацию разрядить эта парочка умела. Так случилось и сейчас — даже на лице Мелы тень улыбки мелькнула.

Баррий рядом тоже без дела не стоял — парень в который раз проверял крепление щита. Самого обычного, а не Воплощения. Не настолько мы могучие и высокоуровневые Воины, чтобы идти в пасть Пределу, рассчитывая только на им же дарованное. Иначе говоря, наш запас сил всё ещё оставался маловат для предстоящих испытаний, а потому каждый постарался подобрать себе что-то на крайний случай. По той же причине и Флаграна полировала здоровенных размеров двуручный меч.

Делия вместе с Айлин пересчитывала перевязочные пакеты, бутыльки зелий и всего прочего лечебного.

Лишь Миктлан стоял чуть в стороне и буравил взглядом двор так, будто там вот-вот появится Камелия, если достаточно долго не моргать… Эх!

Всё закончила Лаврия.

Наш командир вынырнула из толп, бестолково снующих вокруг, и резко, звучно хлопнула по ближайшему столбу:

— Десяток!

Мы замолчали, прервали свои занятия и посмотрели на неё.

Вот так она и стала капитаном окончательно — не приказом сверху и не печатью на бумажке, а звуком ладони и тем, что каждый из нас обернулся на её зов.

— Слушаем внимательно, потому что повторять я буду только тем, кто потеряет сознание. Или память. Последнее, кстати, сильно нежелательно, — прервалась на мгновение, окидывая каждого своим гипнотическим взором, и продолжила: — Мы идём в составе ученической колонны на усиление восточного направления. Официально — как мобилизованные по самостоятельным и корпусным контрактам. В действительности — потому что оставаться здесь для некоторых опаснее, чем идти.

— Это должно было прозвучать ободряюще? — Кирон не удержался.

— Нет.

— Тогда получилось.

А Лаврия продолжила:

— Согласно своему уровню и навыкам, я должна была получить звание сотника. Я отказалась, и по документам наш десяток «Лепестки» закреплён отдельно, хоть и подчиняется общей цепочке. Но на практике это значит лишь одно: я и только я — ваш командир. Если говорю стоять — мы стоим, если говорю идти — мы идём. Если Власт видит шанс героически испортить строй, Власт сначала думает, но с места не двигается.

— Чего сразу Власт-то? — тут же вскинулся я.

Ну а как тут не возмутиться? Что за грязные инсинуации?

Девять молчаливых, немигающих взглядов воткнулось в меня. Даже Меланита исключением не стала!

Мне же только и оставалось, что пробурчать в ответ:

— Предвзятость!

— Статистика, — отрезала Лаврия.

Пожалуй, с этого и начался наш исход из Академии. Не тогда, когда чуть погодя мы вышли за Врата. И не тогда, когда грязь впервые хлюпнула под ногами. А именно там — у доски со списками, печатями и чьими-то попытками избежать призыва во что бы то ни стало.

Всех братьев и сестёр нашего второго курса собрали в удобные единицы — десятки, а уже из них — сотни. Иначе говоря, отряды, пригодные для приказов, отчётов и, конечно, возможной смерти от лап Зверей. Но внутри каждого из таких объединений стояли мы — мальчишки и девчонки, которым ещё только предстояло столкнуться со своей судьбой лицом к лицу и узнать: станем ли мы просто строчкой при подсчёте будущих потерь или же запомнимся чем-то более упрямым и значимым в грядущем противостоянии и предстоящем выживании?

Затем нас и всех остальных построили: около тысячи учеников, наставники и старшие, несколько отрядов Воинов из Корпуса, обоз и лекари, снабжение и вестовые. Столько всех, что, оглядывая это столпотворение, истинным казалось: «Мы — сила, мы — мощь!».

А потом мы вышли на тракт, и вся эта сила начала вязнуть.

Грязь быстро показала, кто же здесь на самом деле главный. Она не уважала уровни, Атрибуты, происхождение, типы и уникальность Воплощений, и уж, конечно, плевала на раздающиеся то и дело приказы держать темп. Грязь обирала всех одинаково: сначала сапоги, потом обмотки, а затем и настроение. Апогеем стало разрушение наивной веры, что крупный отряд обязательно движется быстрее мелкого.

Увы, но нет — большой отряд двигался медленнее. Гораздо.

Аркос взвалил на себя почти всё избыточное из припасённого, будто пытался доказать земле, что тяжесть — его родственница, не властная над Скалой. На моё заикание насчёт артефакта-хранилища знающие секрет в ответ посмотрели так, будто опять деревенского дурачка увидали — прямо как и со «статистикой» этой их. Ну и пусть страдают значит!

Флаграна ворчала, но на привалах грела нас своим монструозным Двуручем.

Кирон шутил громче, чем прежде и чем требовалось сейчас. Но этого как раз хватало, чтобы уже Айлин подбадривала всех своей улыбкой. И не только ею: девчонка — истинная Поддержка!