Шрифт:
— Он такой: денег с вас не возьму, но каждой аристократке, которая спросит, вы прямо скажете, что это моя заслуга.
— Стэн, ты очень продуманный молодой человек, — задумчиво констатирует Асфанская. — Ничего, что я на ты?
— Не знаю, герцогиня, — отвечаю честно. — Если считаете, что это не нанесёт ущерба вашей репутации…
Пожимаю плечами. Герцогиня смеётся:
— При нашей разнице в возрасте…
Мягко перебиваю:
— После моего курса она не будет бросаться в глаза. Гарантирую. А теперь прекращайте разговоры. Во время работы с вашим лицом оно должно быть абсолютно неподвижно.
Не отказываю себе в удовольствии применить командный тон. Делаю знак служанке герцогини, Медхен её зовут. Она открывает флакон, осторожно выливает несколько капель на ладонь и начинает мягко растирать по лицу своей госпожи.
— Вы гарантируете результат, шевалье? — всё-таки нарушает мои инструкции клиентка.
Именно такой у неё сейчас статус, и мне всё равно, кто передо мной. Конечно, я не могу дать ей подзатыльник, как служанке, но есть и другие методы.
— Не знаю, какой будет результат, герцогиня. Он может быть хорошим, отличным, превосходным или выше всяких похвал. Других вариантов не предусматривается. А теперь рот на замок, иначе мне придётся принудительно вас обездвижить.
Эту методику тоже освоил. На служанках, на ком ещё! Жаловались, что лицо немеет, но болезненных ощущений нет.
Своенравная попалась пациентка. Ни её служанка, ни Инесса ничего не заметили, но герцогиня заткнулась. Лицо будто замёрзло — то, что нужно. Полностью обездвижить тоже пришлось, теперь сидит безвольной куклой.
— Придерживай её за плечи, — после этой команды Инессе приступаю.
Морщинки — это такие овраги на коже. Верхний ороговевший слой словно проваливается в разрыв дермы. Запускаю тандем энергоботов. Один уничтожает узкую полоску верхнего слоя, второй «сшивает» разрыв. В «овраг» дермы «стекает» зелёная энергия, стимулируя сращивание. Процесс не мгновенный, конечно. Но когда заканчиваю уже вторую половину лица и возвращаюсь к морщинкам у левого глаза, результат уже виден. Пока начальный. Насыщаю масляный слой энергией уже от себя.
— Теперь лоб, — командую Медхен.
Так незаметно проходит час. Ф-фух!
— Вытирайте ей лицо! — последняя команда на сегодня.
Девушки в четыре руки приводят лицо Асфанской в полный порядок. Мягкой тканью вытирают помутневшее масло. Возвращаю герцогине энергетику и снимаю заморозку лица. Она сразу не понимает, что её отпустили.
— Последняя инструкция, — объявляю всем дамам. — Перед сном снова вотрите мазь в лицо.
Обращаюсь к Асфанской:
— Всё, герцогиня. Я вас больше не задерживаю. Разумеется, если вы не планируете у нас переночевать. Свободные апартаменты в доме есть.
Герцогиня встаёт, поводит плечами и корпусом, избавляясь от застоя в теле.
— Нет. Поеду домой, до ночи ещё далеко. Шевалье, жду вас завтра через час после обеда.
— Вы практикуете послеобеденный сон, герцогиня? — осведомляюсь с искренним любопытством.
— Нет, — смотрит с изумлением. — С чего вы это взяли?
— Дело в том, что наилучшее время для моих процедур — прямо перед сном. Безусловно, я буду у вас завтра. Но вечером, примерно за полтора часа до того, как вы отойдёте ко сну.
— Завтра вечером у меня визит…
— Отменяйте, — заявляю мягко, но тоном, не допускающим никаких возражений.
Знаю я эти светские визиты до двух часов ночи.
— Отменяйте либо свой визит, либо мой. Могу приехать и послезавтра, но вы сами назначили недельный срок. Если станем пропускать, лечение затянется.
Герцогиня зыркает недовольно и уходит, сопровождаемая моим ласковым взором. Инесса успевает посмотреть на меня укоризненно и выбегает следом.
Триест, мастерская Засса.
Предобеденное время следующего дня.
— Держите свет, мастер, — на стекляшке лежит обыкновенная муха, пытаюсь поймать её в фокус трубы.
Основная часть будущего мощного прибора для моих целительских дел готова. Теперь надо обвязать её всем сопутствующим. Но сначала убедиться, что… Ага! Попалась! Мой глаз очень «близко» упирается в заросли щетины чудовищных размеров на чешуйчатом «поле». На мгновенье, но хватает понять, что всё работает.
Вздёргиваю руку:
— Мастер! Замерьте это расстояние! — старательно замираю.
Далее обсуждаем конструкцию.
— Трубу жёстко закреплять?
— Да. Ни в коем случае не сверлить! Только прижим! Закрепите в этом месте…
Медленно идёт дело, медленно. Тупые какие-то у нас мастера. Только и могут работать по шаблонам. С первым я вообще разругался, одно имя его вызывает тошноту.
Базиль. Так его зовут. Надеюсь, что дела его идут не столь хорошо, как раньше. Что меня больше всего поражает — его нахваливали. Виконт Пренстон, пожалуй, единственный вменяемый из приятелей Хендрика, с которым я при случае всегда раскланиваюсь. Он мне этого мастера порекомендовал.