Людно здесь было всегда, а теперь к очереди за пайком добавились еще и строители. Над серой бетонной коробкой ровными рядами встали столбы с торчащими из макушек прутьями арматуры, а поверху их уже связали перемычками. Клетка вышла высокая, видна с любого конца площади, и о том, что под ней по-прежнему выдают крупу да сало, догадаться можно разве что по мешкам, которые оттуда выносят.

На крыше между столбами поднялся целый лес подпорок, и плотники раскладывают по ним щиты опалубки под пол второго этажа. Стойки подбивают клиньями и выводят настил по натянутому шнуру, а на самом краю кто-то ползает на коленях и простукивает каждую доску, не гуляет ли.

У дальнего угла поскрипывает кран, собранный по образцу того, что ставили у пчелиной башни, и на полиспасте неспешно уходят наверх то связка прутьев, то стопка досок. У веревки стоят двое, один тянет, другой командует, и работник косится на начальника так, что распределение обязанностей у них явно вызывает вопросы.

Собственно, всё это указано в чертеже, а у прохода даже установили табличку с точным изображением того, как будет выглядеть наша постройка в итоге. Мода у нас такая пошла, мой бункер сторожит нарисованный горшочек с супом, а тут уже целый дом в несколько этажей, с окнами в ровную сетку.

Подошел поближе, чтобы рассмотреть, и усмехнулся, ну почти хрущевка, разве что общего у нашего здания с ней только внешний вид. По факту это не панельный дом, конечно, а вполне себе монолит-кирпич будет.

Хотя и в эту сторону мыслишки тоже имеются, но прежде надо сообразить достаточно надежный подъемный кран. А лучше манипулятор, чтобы плиты доставлять с производства непосредственно на объект. Ангар под них уже заливают, ольдокрут по деревне вовсю катается, так что и такая повозка напрашивается сама, и Ольд, чую, придумает ей имя в свою честь раньше, чем она сдвинется с места.

А сам склад тем временем работает без единой заминки, и соседство со стройкой ему ничуть не мешает. Бригады лезут наверх по лесам с тыльной стороны и тачки гонят туда же, а к дверям от площади ведет свой проход, огороженный жердями и накрытый дощатым навесом. Заходят с одного торца, выходят с другого, и хозяйка с корзиной нигде не столкнется с плотником, у которого на плече брус.

— Внизу, берегись! — гаркнули с крыши.

Народ в очереди разом присел, но из нее никто не вышел, отойдешь, а назад уже не пустят. Прилетела, впрочем, всего лишь варежка и застряла прямо над макушками, так что навес, считай, себя уже окупил.

— Раньше на склад ходили спокойно, — проворчал дед в самом хвосте и поправил шапку. — А нынче стой и гадай, что тебе первым выдадут, сало или кирпич по голове.

— Так над тобой же навес, — рассудила баба перед ним.

— Толку с него, — отмахнулся дед, но шапку все-таки натянул поглубже.

Ждать я не стал, мне не паек получать, а свое забрать.

— Куда без очереди? — вскинулся мужик у входа, пригляделся и сам отступил на шаг, прижав мешок к груди. — А, ну иди, иди.

Внутри народу поменьше, кладовщик как раз отмерял кому-то крупу, а на каждый удар молотка сверху то и дело поднимал глаза к потолку и шевелил губами что-то матерное.

— Мне бы воску, — попросил я, как только у прилавка освободилось. — И побольше.

— Воск нынче по списку, — предупредил он и полез за дощечкой. — Начальник твой велел записывать каждый кусок.

— Так это ж мой воск вообще-то, даже не деревенский. Мои пчелы, воск мой, всё логично, — возмутился я. — И с какого хрена ты можешь мне его не дать в таком случае?

— Не дать не могу, а записать должен, — невозмутимо отозвался кладовщик, отвесил мне кусок с кулак, а потом подумал и отломил от него уголок обратно.

Излишек отправился на полку, а на дощечке появилась аккуратная черточка. Я так и стоял со своим же воском в руке и прикидывал, кому на такое жаловаться, и выходило, что некому, распоряжение Корша, а деньги ему, между прочим, плачу я и за это в том числе.

Раз уж пришел, покопался и в корзине с осиными останками, откуда выудил пару жоп покрупнее да поцелее. Кладовщик проводил их взглядом с таким облегчением, что стало ясно, это добро ему давно не в радость.

— Может, всю корзину заберешь? — встрепенулся он.

— Потом, — пообещал я. — Лежат смирно, вот пусть и лежат.

А воск между тем расходится шустрее, чем его успевают приносить. Кабели его едят без счета, теперь вот и тара на подходе. А у пчел свои сроки, и подстраиваться под мои нужды они не собираются, тем более что поля скоро опустеют.

Собственно, уже груженый добрался до своего нового бетонного офиса. Надо бы обустроить его как следует, кстати, место-то приятное получилось. Тут и повзрывать суп можно, и пострелять безопасно, и вообще, довольно живописно. Речка журчит, рыба плещется, на противоположном берегу воронки от взрывов, разбросанные мишени… Красота же, что еще нужно?