Шрифт:
— Я не знал, — прохрипел Эван. — Клянусь. Ты был мертв, и никто ничего не знал. Я искал и искал, но ничего не находил. Я знал, чем ты занимался. Я знал, что это не для меня. Это было ужасно, Циско, но однажды жизнь пошла своим чередом. — Теперь Эван выложил все как на духу, не заботясь о том, что подумают другие. Наконец он снова встретился со мной взглядом. — Пару лет спустя я узнал о твоей семье. Я был убит горем, дружище. И снова уперся в глухую стену. Но в конце концов меня назначили на эту должность. И я наконец смог кое-что сделать для тебя.
Я присел на корточки рядом с другом и внимательно слушал.
— Я не лгал, когда говорил, что расследовал твое убийство. Мартина со мной не разговаривала. Никто не разговаривал. Я раскапывал старые могилы, дружище. Комиссар уже работал с Намади. Наша команда обеспечивала его безопасность. Тунжи Малу представился мне. Он сказал, что убьет мою семью так же, как убил твою, если я буду настаивать. — Эван отвернулся. Напуганный. Пристыженный. — Я больше не мог бороться, чувак. Я был совсем один. Я понятия не имел, что ты все еще жив. Ты должен в это поверить. Все было бы по-другому, если бы я знал. Ты был бы первым, к кому я пошел.
Я снова встал. Мне было противно видеть, как моего друга избивают подобным образом. Часть меня ненавидела это, но другая часть ненавидела себя за то, что я обвиняю его. Для него Тунджи был демоном. Непреодолимой силой. Была бы я счастливее, если бы Эван тоже погиб?
И я понял, что это был уже не только он. Это была Эмили.
Я пнул стул, и он отлетел к дальней стене.
Я не мог ненавидеть его за то, что он защищал Эмили. Я бы поступил по-другому, но это тоже было бы моей конечной целью. Одному богу известно, какое отношение дети имеют к этому уравнению.
Я потерла лицо. Мои усталые глаза. На лбу появились новые морщинки, появившиеся после загара. Мне показалось, что я начинаю что-то чувствовать. Начинаю смотреть на вещи с другой точки зрения, отличной от моей.
Я выровняла дыхание и заговорила ровным голосом, без сочувствия или возмущения.
— Просто скажи мне, что ты не на его стороне, Эван. Просто скажи мне, что я могу убить Тунджи Малу и покончить с этим.
Все еще лежа на полу, он покачал головой.
— Все не так просто, Циско. Он работал над этим десять лет. Все это время ты был мертв. Для него дело не только в деньгах. Это то, что движет такими людьми, как комиссар. Но Тунджи? Он играет в долгую игру.
Я фыркнул.
— И ты говоришь, что я увлекся черной магией.
— Я думал, ты умер, чувак. Ты бы поступил так же.
Я взял ручку и положил ее на край стола. Затем я вытащил потрепанную визитку, которую мне дал Эван, с его адресом на обороте, и приложила ее к стеклянной поверхности.
— Я хочу, чтобы ты написал адрес, по которому я могу найти Тунджи. Мне не нужны никакие оправдания, истории или причины, по которым я не должен идти. Я не хочу слышать, насколько благородными были твои действия или что ты сделал это ради меня. Только адрес.
Он прикусил губу и задумался.
— Адрес тебе не нужен. У Тунджи есть конспиративная квартира на Восьмой улице в Эверглейдс. Поворот сразу за Гейтор-парком. Ты не пропустишь, если ищешь.
Улица Очо. Я кивнул и посмотрел в окно. Уже почти стемнело. Эван отряхнулся и поправил одежду, вставая. Я направился к двери, но остановился и повернулся к нему.
— Тебя больше не существует, — сказал я ему. — Для меня ты мертв. И это что-то значит, если исходит от некроманта.
Вот и все. Последнее слово. Я ушел и оставил бы все как есть. Но Эван Кросс был слишком глуп, чтобы оставить все как есть.
— Я сделал это ради тебя! — крикнул он мне в ответ.
Я остановился как вкопанный и зарычал. Я ворвался в его офис с незаконченным делом.
— Знаешь, что меня бесит? Что как только ты перестал быть одиноким, как только я воскрес из мертвых и вошел вчера в твой офис, ты не стал откровенничать. Ты продолжал строить свой карточный домик, пытаясь сохранить его, пытаясь не подпускать меня к себе. — Я усмехнулась. — Пытаешься избавиться от меня.
— Я пытался сохранить тебе жизнь, чувак. Счастлив. Ты снова нарываешься на неприятности. И ради чего? — Эван пристально смотрел на меня. — В Майами для тебя ничего не осталось.
Я снова набросился на него, схватил за плечи.
— Это я буду решать! — заорал я. — Я! Не ты! Не Танджи Малу!
Он сбросил меня с себя, но я набросился на него с удвоенной силой. Мы с Эваном набросились друг на друга, эмоции взяли верх.
— Ты снова ошибаешься, Циско! Дело не в тебе!
Он толкнул меня на стол, но я увернулся. Я замахнулся на него, но на этот раз он был готов. Он пригнулся и ударил меня в щеку, так что перед глазами все поплыло.
— Ты не всегда можешь принимать решения, исходя из собственных интересов! — заорал он.