— Катапульта, целься! Сферой распада!

Я поднял руку, ожидая, пока всадники приблизятся к пристрелочной метке.

— ОГОНЬ!

БАХ!

Катапульта медленно и неумолимо отправила тяжёлый снаряд прямо в центр вражеского клина. Сфера Распада ударила в барьер на полной скорости. Взрыв — и купол замерцал, пошёл рябью, словно мыльная плёнка. Заряд был на исходе.

Стрелы начали проходить. Сперва одна из десяти, потом всё больше и больше. То один, то другой всадник падал, но волна, казалось, почти не уменьшалась. Враг был всё ближе!

Поднимаясь в гору, конница невольно замедлила темп. Даже для специальных боевых маунтов тяжёлая броня, в которую они были закованы, плюс вес самого всадника — нагрузка немалая. А ещё и тащить её вверх по склону. Снайперы перестали бить навесом и теперь лупили прямой наводкой.

Полсотни метров. Вперёд вышли метатели. Залп дротиков. Ещё один. Враг всё ближе!

Метатели отступили за спины стражей.

Секунда до удара. Стражи все как один нажали массовый агр и Окаменение. Маги, вставшие в круг силы, обрушили на врага «Гнилую Землю» — земля под ногами у врага взорвалась, чёрные, пропитанные некротической энергией осколки камня взметнулись в воздух и ударили по коннице, замедляя, раня, ломая строй. Личи бросали проклятие за проклятием. Земля под ногами лошадей превратилась в вязкое болото, и клин, ещё секунду назад грозный и неудержимый, начал разваливаться на части.

Тем не менее они смогли. Ударная волна достигла наших позиций. Стражей снесли с ног — половина погибла сразу, вторая половина гибла прямо сейчас под копытами коней. Даже Окаменение не помогло! Вот это сила таранного удара.

Но конники, уничтожив стражей, растеряли остатки своей инерции, позволявшей им наносить столь сумасшедший урон. Они завязли. Осаживали маунтов, поднимали их на дыбы, метались туда-сюда, падали один за другим под градом стрел, копий и заклятий. Вынырнувшие из лесной чащи волки бросались на раненых и сбитых с всадников, тащили их в кусты. Кружащие над головами гарпии стремительно пикировали на врагов, вонзая свои острые когти им в горло. Защитный барьер давно разрядился, бой превратился в бойню. Один всадник побежал. Ещё один. Ещё. Волна беглецов хлынула обратно к крепости под градом стрел, оставляя своих товарищей убитыми на склоне холма.

Но мы не дали врагу уйти так просто. По флангам бесшумными тенями скользили волки. Они не пытались остановить основную массу врага — нет, они хватали отставших, ослабленных, раненых. Один всадник, у которого маунт захромал после попадания дротика, был сдёрнут с седла тремя серыми тенями и исчез в кустах с коротким криком. Другой, пеший, попытавшись отбиться мечом, получил клыки в горло и рухнул под копыта собственных товарищей.

В небе над врагом кружились Костяные Гарпии. Их пронзительные крики разрывали воздух, и они падали на всадников, как живые снаряды. Один удар когтистой лапы — и всадник вылетел из седла, покатился по земле, где его тут же настигли волки. Другой попытался прикрыться щитом, но гарпия вцепилась в край щита и рванула вверх, вырывая щит из рук. Через мгновение в незащищённого врага прилетело сразу несколько стрел.

Благодаря стараниям волков и гарпий в крепость не вернулось ещё с десяток врагов. Неплохо.

Ворота крепости открылись, и всадники втянулись внутрь. До ворот добежала в лучшем случае треть от тех, кто начал атаку. Я проводил их взглядом и усмехнулся. Пусть бегут. Пусть расскажут остальным, что их ждёт. А мы продолжим. Катапульта — заряжай!

Начался методичный обстрел. Снаряд за снарядом. Катапульта «Вопль Бездны» работала без остановки, отправляя в крепость один боеприпас за другим. «Сфера Распада» — и волна магии смерти накрывала участок стены, выкашивая всех, кто там находился. «Костяной Дождь» — и сотни осколков осыпали двор, заставляя защитников жаться к укрытиям. Снова «Сфера Распада». Снова «Костяной Дождь». Я посылал снаряды методично, без спешки, выцеливая скопления врагов, которые подмечали призраки.

Обстрел продолжался полчаса. Я потратил все «Сферы Распада» и «Костяные Дожди». Потратил не зря — судя по сообщениям системы, почти полсотни NPC и несколько десятков игроков отправились на перерождение. Жалко, что боезапас так скуден. Оставался десяток «Пламени Могилы» и четыре «Кокона», которые ждали своего часа. Вот если бы я мог вести такой обстрел непрерывно хотя бы недельку… да ещё и сразу с пяти-шести катапульт… Вот это было бы серьёзно.

Внезапно призрак доложил: южные ворота крепости открылись. Опять. Из ворот стрелой вылетел лёгкий всадник на белоснежном, словно сотканном из облака, ездовом маунте — Ветрогриве. Эти редкие существа, напоминающие помесь коня и птицы, славились своей скоростью и выносливостью. Их разводили в далёких восточных землях, и позволить себе такого мог далеко не каждый.

Минус моей армии в количестве солдат. Их было очень мало. С таким количеством миньонов я физически не могу взять крепость в полное окружение. Враг может спокойно входить в крепость, выходить из неё, снабжаться по южному тракту — и я почти не способен этому препятствовать.

Почти — потому что четыре призрака летали вдоль дороги, периодически убивая загулявших врагов, не давая им расслабиться. За время обстрела в крепость вошло пять караванов, а также было отправлено пять гонцов. Ни один гонец за пределы пятикилометровой зоны не вышел — спасибо моим невидимым убийцам.

Так получилось и в этот раз.

— Шестой гонец, — пробормотал я, провожая его взглядом через призрака. — Пятерых мы уже перехватили. Этот будет шестым.

Я отдал мысленный приказ, и два ближайших призрака скользнули наперерез всаднику. Ветрогрив мчался, не чуя угрозы. В воздухе мелькнул призрачный клинок, а через минуту гонец уже лежал на земле с перерезанным горлом. Его маунт, лишившись седока, растерянно гарцевал на месте. Ещё один не доехал. Не знаю точно зачем он посылают гонцов. Похоже система расценила мои действия как штурм, а во время подобных событий чат блокировался в пределах одной локации, а обычные телепорты не работали. Это играло мне на руку.