Шрифт:
И все же мне понадобилось почти два года, чтобы привыкнуть к лицу в зеркале. К темно-коричневым волосам, которые не мои. К длинным волосам, ставшим короткими. К челке, о которой я раньше даже не думала.
Я размешиваю краску в пластиковом миске со следами прежних окрашиваний и избегаю смотреть на себя в зеркале. Глубокий вдох ничего не дает — тревога впивается мне в грудь когтями, и воздух будто застревает.
Намазав кожу по линии роста волос вазелином, чтобы краска не впиталась в кожу, я приступаю ко лжи номер один.
Большинство скажет: «Но, Эли, покрасить волосы — это не ложь!» — и будут правы. Внешность меняют все, и это не делает человека лучше или хуже. Но причина, по которой я это делаю, заставляет меня день за днем немного сильнее ненавидеть себя.
Мои темные глаза смотрят на меня, пока я тщательно наношу краску. В уме добавляю в список покупок еще пару упаковок — лучше иметь запас на всякий случай.
Ну да, конечно. С моей бурной личной жизнью.
Фыркаю, усмехнувшись собственным мыслям, накрываю последнюю прядь едким химическим запахом. Мои волосы едва касаются плеч — это самая короткая длина, что у меня была. В сочетании с легкой челкой, которую я когда-то сочла бы нелепой, а теперь полюбила, я совсем не похожа на ту Эли, что жила шесть лет назад.
В этом и был замысел.
Телефон пиликает, и я хмурюсь. Джейда сейчас на работе, а сообщений мне почти никто не пишет. Если не считать группового чата «Логова», Чарли забрасывает туда сообщения, а Трэвис игнорирует, сегодня телефон молчал.
Стоило вспомнить и вот он.
Чарли: Эли Кэт!!!!!!
Пытаюсь не улыбнуться — безуспешно. Он уже писал мне в личку, и всегда по одной причине.
Чарли: Мы с друзьями пойдем на костер в пятницу после работы. Пойдешь с нами? И у тебя, кстати, только один вариант ответа. И это да.
Когда я смываю краску, снимаю перчатки, мою руки и беру телефон с крышки унитаза, я уже готова к тому чувству, которое непременно накатывает — вине.
Я пыталась с ним бороться с того самого дня, когда Чарли впервые представился в «Логове», с его заразительной улыбкой и добрыми глазами. Но теперь уже понятно: Чарли — мой друг.
Дружба, которой не должно было быть. Но он упрямо вписывал меня в каждый план своей компании, повторяя: «Ты слишком много времени проводишь одна, Эли Кэт. Это вредно для души. Можешь спокойно тусоваться с нами».
И однажды он стал таким настойчивым, что я спросила, не флиртует ли он или, не дай бог, нравлюсь ли я ему. Мужчины ведь так делают, когда заинтересованы? Достают до победного.
Но он только рассмеялся: «Ты красивая, но мне ты нравишься только как друг. Надеюсь, я не разбил тебе сердце».
Для меня Чарли — как надоедливый младший брат. И потому еще тяжелее писать ему одно и то же.
Я: Не уверена.
И я не пойду — он знает это, я знаю это, — но мы оба делаем вид, что все еще обсуждаем.
Чарли: Ну хоть на час? Ну пожааалуйста?
Я уже печатаю отказ, когда всплывает новое сообщение.
Чарли: Я принесу морковный кекс.
Вот это заставляет меня задуматься. Прищурившись, будто он может увидеть мои подозрения, пишу:
Я: На костер?
Чарли: Что сказать — я полон сюрпризов.
Я: Еще полон и ерунды.
Чарли: Хахаха Только не будь как Трэвис.
Почему мое сердце вздрагивает при упоминании нашего босса, я вряд ли когда-нибудь пойму.
Два месяца назад Чарли узнал, что морковный кекс — моя любимая еда на свете. Сандра принесла огромный торт на день рождения, я съела кусок и забрала два домой. С тех пор он подшучивает над моей слабостью и меня это не раздражает.
На секунду я позволяю себе представить, что отвечаю согласием, иду с ними на костер и мне там хорошо. Даже час среди друзей мог бы подарить то ощущение нормальной жизни, которого мне не хватает годами.
Джейда всегда говорила: «Друзья делают мир чуть светлее».
Но потом я вспоминаю, почему мне нельзя быть к ним ближе. Почему для всех будет лучше, если я буду держаться в стороне.
Я: Не думаю, что смогу прийти. Если что-то изменится — напишу.
Мы оба понимаем, что не изменится. Никогда не меняется.
Он что-то пишет в ответ, но я не читаю. Голова кружится, и я откладываю телефон, чтобы стереть остатки краски с шеи и лба, прежде чем зайти в душ.