Шрифт:
— Спасибо всем, что пришли сегодня, — начинает Брайс.
Он рассказывает об академии.
О том, что она даст молодым всадникам возможность освоить родео и поможет сохранить его традиции.
Затем вперед выходит Мэтти.
— Это ранчо уже много поколений принадлежит моей семье, — говорит она, и от нахлынувших чувств ее голос дрожит. — И сегодня мы с гордостью открываем наши ворота новому поколению тех, кто мечтает о родео. Здесь мы собираемся учить не только спортивному мастерству, но и уважению к животным, к земле и друг к другу.
По толпе прокатываются аплодисменты.
Следом раздается голос отца.
— Здравствуйте, — говорит он. — Я сенатор Бэррон Гаррисон, и для меня большая честь сегодня представлять руководство великого штата Вайоминг.
Толпа снова аплодирует.
— Не будем больше тянуть. Давайте сделаем это официально.
Он поворачивается к Брайсу.
— Штат Вайоминг и город Уайлдхейвен рады приветствовать вас и официально объявляют академию открытой.
Он передает ножницы Брайсу, и тот вместе с Мэтти поднимает их.
Лента натягивается между ними.
— Три... два... один.
Лезвия смыкаются.
Лента разлетается на две части.
По всему ранчо разносится оглушительный рев.
Академия родео Рейнтри-Шторм официально открыта.
Репортеры устремляются вперед, щелкая фотоаппаратами, пока Мэтти и Брайс пожимают друг другу руки.
К моему удивлению, отец выглядит искренне очарованным.
Он болтает с Альбертом.
Смеется вместе с Буном.
Хвалит ранчо.
Мы с мамой молча переглядываемся.
Потому что такой реакции не ожидал никто из нас.
Надеюсь только, что он искренен и не играет на камеры.
Отец всегда был... разборчив в людях.
Но сейчас семья Шторм и все, что они создали здесь, похоже, действительно его покорили.
И это, черт возьми, очень хорошо.
Потому что завтра утром...
Я сяду с ним поговорить.
И предложу кое-что, от чего в «Беликуре» у многих наверняка полезут брови вверх.
Пересмотреть правила компании, запрещающие отношения между сотрудниками.
Мама уже знает причину.
Она догадалась несколько недель назад. Но мы с Харли изо всех сил старались, чтобы в отеле никто ничего не узнал. Украдкой брошенные взгляды. Мимолетные прикосновения, когда мы проходим друг мимо друга в коридоре. Несколько лишних секунд рядом в лифте.
Не думаю, что кто-то подозревает, что мы больше чем коллеги.
Разве что Диана.
Мисс Фэрчайлд в последнее время удвоила усилия. Она явно считает, что имеет какие-то особые права на мое внимание. Раньше я этого почти не замечал, хотя, наверное, она всегда так себя вела. Просто до сих пор меня это не раздражало. Эта собственническая манера... флирт... со всем этим пора заканчивать.
Так что пришло время перестать скрывать наши отношения с мисс Шторм.
Мама переводит взгляд на тропу, по которой раньше уехала Харли.
А потом снова смотрит на меня.
И едва заметно улыбается.
Отец же пребывает в счастливом неведении.
Он по-прежнему оживленно беседует с Альбертом Штормом и Холландом Ладлоу.
Фотографируется.
Смеется.
И, наблюдая за ним, я вдруг кое-что понимаю.
Возможно, завтрашний разговор пройдет не так бурно, как я боялся.
Потому что где-то там, на тропе, петляющей среди этих холмов, находится мое будущее.
И понимает это мой отец или пока нет...
Однажды эти люди станут моей семьей.
Глава 35
Позднее солнце уже клонится к горизонту над ранчо «Уайлдхейвен Шторм», вытягивая длинные тени по всей территории праздника. Бедра приятно ноют после нескольких часов в седле, а рубашка липнет к спине от пота и жары.
Сегодня был хаос.
Но самый лучший из возможных.
Торжественного открытия Академии родео Рейнтри-Шторм мы ждали уже давно, и сегодня мечта наконец стала реальностью.
Но прямо сейчас я рада, что все постепенно подходит к концу и я заканчиваю последнюю за день конную прогулку.
— Ты видела того оленя? — спрашивает тоненький голосок из седла передо мной.
Я опускаю взгляд на Руби. Дочь Уэйлона. Шлем у нее слегка съехал набок, щеки раскраснелись, а улыбка такая заразительная, что я невольно улыбаюсь в ответ.