Шрифт:
Императорский представитель схватился за горло. Под кожей его шеи проступил тонкий серебряный обруч.
— Государь… — выдавил он. — Не подчиняйтесь…
Его голос оборвался. Печать поднялась над камнями и зависла в воздухе, соединяясь с серебряными крыльями Кречета.
Я увидел структуру связи. В печати лежали три слоя. Первый защищал границы империи, второй связывал родовую магию государя с армией, третий передавал Кречету право отдавать приказы. Полезная сила и чужая собственность были сплетены слишком плотно.
Срубить всё означало оставить страну без защиты.
— Андрей, — крикнула Арина от центрального дома. — Печать забирает командование!
— Вижу.
— Что делать?
— Вывести людей из зоны действия. Не спорьте с печатью напрямую.
— А солдаты?
— Они не враги. Пусть лежат.
Кречет слегка повернул кисть. Серебряные перья снова сорвались с крыльев.
Лиля шагнула перед рабочими. Красное пламя разлилось по её рукам и плечам, закрыло грудь ровным щитом.
— Олег, отводи всех к складам, — бросила она, не отрывая взгляда от Кречета. — Если кто-нибудь полезет обратно, привяжи.
— Я не умею привязывать людей, — отозвался Олег.
— Сегодня научишься.
Она взмахнула ладонью. Огненный щит выгнулся и принял первый удар перьев. Воздух наполнился треском. Серебро вошло в пламя, разорвало его на клочья и продолжило движение, но огонь замедлил стаю.
Илья и Лёха потащили солдат за каменные корыта. Инга с Ольгой поставили ледяную стену поперёк площади. Перья пробили её, зато потеряли скорость.
Я поднялся.
Рёбра целы. Кожа затянулась. Внутри костей всё ещё стоял холод, но двигаться можно.
— Не трогай крылья целиком, — предупредила Алиска у меня на плече. — Там слишком много приказов. Ищи узел, который ведёт к телу.
— В груди?
— Нет. Он вынесен наружу. Кречет не доверяет собственному мясу.
— Разумно.
— Ты тоже не доверяешь своему.
— Моё хотя бы не носит корону.
Я бросился вперёд.
Кречет сделал шаг, и серебряные крылья сомкнулись перед ним. Когти ударили в первое перо. Адамантий прошёл сквозь металл, но за ним оказался не воздух. Перо удерживала плотная прослойка права. Она надавила на лезвия, пытаясь заставить их разойтись.
Я повернул кисть и не стал резать перо поперёк. Коготь скользнул вдоль края, добрался до тонкой линии и перерезал её.
Серебряная пластина дёрнулась. На крыле открылась щель.
Кречет ударил меня локтем в лицо. Я отшатнулся, но Бродислав уже оказался между нами. Он вцепился в серебряное крыло и потянул вниз.
— Ну же, птица, — прорычал брат. — Покажи, что у тебя под перьями.
Кречет взмахнул крылом. Бродислава оторвало от земли и швырнуло в стену. Он пробил её спиной, провалился в комнату и исчез в облаке известковой пыли.
— Бродислав! — крикнула Алиса-гладиаторша.
— Он в порядке, — процедил я. — Пока не лезьте.
Кречет развернулся ко мне.
— Ты привязываешь себя к слабым, — произнёс он. — Поэтому металл пропадёт вместе с тобой.
— Слабые уже дважды испортили тебе атаку.
Я ударил правой рукой. Коготь прошёл под крылом и задел плечо. Серебряная оболочка лопнула, изнутри хлынул поток холодного света. Кречет отступил, впервые потеряв равновесие.
По площади прошёл гул.
Я увидел под серебром тонкую нить, уходящую не в небо, а к печати. Её защищали четыре петли. Первая отвечала за приказ, вторая за перенос силы, третья за право воплощения, четвёртая была запечатана чужим именем.
Собственность.
Я попробовал достать до неё когтем.
Кречет понял, что именно я нашёл. Он раскрыл крылья и ударил ими одновременно. С площади сорвало камни, людей повалило на землю, окна разлетелись внутрь помещений.
Меня понесло назад.
Лиля удержалась, вцепившись в железную стойку. Инга и Ольга легли на мостовую, прикрыв головы. Арина прижала к себе папку с договорами. Императорские солдаты не смогли даже подняться.
Кречет двинулся к ней.
— Имя, — произнёс он. — Отдай договоры.
Арина подняла голову.
— У тебя нет на них права.
— Все договоры принадлежат тем, кто дал людям язык.
— Тогда забери их у бумаги.
Она швырнула папку на землю и наступила на неё сапогом.
Кречет вытянул руку. Серебряная нить скользнула по мостовой, обвилась вокруг её запястья и впилась под кожу.
Я оказался рядом раньше, чем он успел затянуть петлю. Коготь перерезал нить, не задев руку Арины.
Кречет повернул голову.
— Ты выбираешь её.
— Я выбираю тех, кто сам выбрал меня.