— Значит, не ответите.

— Верно.

— Спасибо.

— За отказ?

— За то, что он настоящий.

— Предсказуемость правил является услугой.

— И вы не забываете выставлять за неё счёт.

— В противном случае она была бы благотворительностью.

Канал закрылся.

Ещё некоторое время смотрел на три строки. Авария. Поиск. Мой отчёт.

Пятьдесят лет назад Саэль исчез внизу. Двадцать семь лет спустя снизу подняли три контейнера. Один оказался живым.

После этого закрытая медицинская сторона захотела получить документы о той аварии и о моих действиях.

Этого всё ещё было недостаточно для суда. Но для меня — почти.

— Не нравится формулировка, — сказал Архивариус.

— Какая?

— «Для меня — почти».

— Почему?

— Она неоперационна.

— Исправь.

На экране появились две строки.

САЭЛЬ ОРН ПЕРЕЖИЛ НАР-КЕЛЛ: ВЫСОКАЯ РАБОЧАЯ ВЕРОЯТНОСТЬ.

ЛИЧНОСТЬ ЗАКРЫТОГО ПАЦИЕНТА: НЕ УСТАНОВЛЕНА.

Посмотрел на первую строку, потом изменил её.

САЭЛЬ ОРН МОГ БЫТЬ ИЗВЛЕЧЁН В 2177 ГОДУ ЖИВЫМ: ВЫСОКАЯ РАБОЧАЯ ВЕРОЯТНОСТЬ.

— Так точнее.

— Да.

— И хуже.

— Это не параметр точности.

— Знаю.

Сервисный канал пискнул.

ДОСТАВКА: ВОССТАНОВЛЕННЫЙ КЛАПАН ТРЕТЬЕГО КОНТУРА.

ВНЕШНИЙ ШЛЮЗ 2.

ПОДТВЕРДИТЬ ПРИЁМ.

— Очень вовремя.

— Задержка составила один час тридцать семь минут относительно последней оценки.

— Я не об этом.

Внешний шлюз принял небольшой тёмный контейнер с маркировкой ашар-та. Внутри лежал клапанный блок, снятый со старого распределителя, с новым сертификатом диагностики и старым металлом по краям креплений.

Шестьдесят два процента заводского ресурса. Новый стоил бы дороже и пришёл позже. Иногда победа выглядела именно так.

— Установка сейчас? — спросил Архивариус.

— Сейчас подготовка. Силовая часть — манипулятором.

Третий контур пришлось перевести на резерв на шесть минут. Старый клапан закис так, словно собирался пережить на этом месте и меня и Убежище.

Не стал спорить с железом вручную. Манипулятор дал усилие, крепление сдалось.

Новый блок встал на место. Архивариус прогнал холодный цикл, рабочий, потом короткий нагрузочный импульс.

На последнем давление дрогнуло сильнее расчётного. Я уже потянулся к креплению, но плечо напомнило, что героизм при ремонте остаётся героизмом только до повторной травмы.

— Причина?

— Воздух в сервисной ветви после замены.

— Стравливай.

Манипулятор открыл боковой клапан на две секунды. Давление выровнялось. Новый прогон прошёл без отклонения.

Старый блок лежал рядом. На его внутренней кромке была тонкая выработка, почти красивый ровный полумесяц. Ещё несколько тяжёлых циклов — и он начал бы пропускать. Не катастрофически. Сначала понемногу. Самые дорогие аварии часто начинались именно со слова «понемногу».

— Старый в разбор, — сказал я. — Рабочие детали оставить.

— Корпус?

— В металл.

— Вы обычно храните больше старых узлов, — попытался съязвить ИИ.

— Обычно они не пытаются одновременно убить мой дом и убедить меня, что ещё пригодятся.

— Эмоциональный критерий утилизации.

— Практический. Эмоции идут бесплатно.

Архивариус пометил три пригодных уплотнения и один датчик температуры. Остальное ушло в контейнер переработки. Новый клапан не делал Убежище новым. Он просто убирал одну конкретную причину однажды проснуться без охлаждения. Этого было достаточно.

— Утечек нет, — сказал Архивариус. — Третий контур стабилен. Полный тест «Чёрного хода» не проводился.

— И не надо сегодня.

— Разумно.

— Не привыкай.

Я вернулся к столу. На экране всё ещё были три запроса закрытого пациента. Рядом — новая строка по ремонту.

КЛАПАН ТРЕТЬЕГО КОНТУРА: ЗАМЕНЁН.

РЕСУРС УЗЛА: 62% ЗАВОДСКОГО.

«ЧЁРНЫЙ ХОД»: ДОПУСК ТОЛЬКО ПОСЛЕ ПОЛНОГО НАГРУЗОЧНОГО ТЕСТА.

Одной проблемой стало меньше. Другая — получила направление.

— Следующая цепочка, — указал Арху.

— Закрытый пациент?

— Не пациент. Пока — медицинский контур после 2177-го. Кто создавал ему юридическую историю, кто оплачивал восстановление, какие лицензии появились позже. Без поиска по имени Саэля.

— Илар Вейн входит в открытые реестры регенеративной медицины.

Остановил его жестом:

— Не подсовывай мне известные имена только потому, что они подходят по теме.

— Я не связывал его с запросом.

— Вот и не связывай.