Когда Кора Кук наконец закончила с детективом Барром, она передала свидетеля для перекрестного допроса. Рэймонд подошел к трибуне с желтым блокнотом и бросил его сверху.

— Детектив Барр, где можно купить таллий?

— Не знаю.

— Не знаете?

— Не знаю.

— Вы, как сотрудник правоохранительных органов, пробовали его купить?

— Нет. А зачем?

— Даже не знаю. Может быть, чтобы лучше понять орудие убийства. Может быть, чтобы лучше проинформировать присяжных. Может быть, чтобы получить знания, которые пригодятся потом. Я могу придумать несколько причин.

— Извините. Никогда не пробовал.

— Но вы считаете, что мистер Лэтч его купил, верно?

— Я не знаю, как он его достал. Почему бы вам не спросить у него?

— Сейчас вопросы задаю я, детектив. Наверняка вы разговаривали с другими следователями по убийствам, возможно, с токсикологами, возможно, с другими специалистами, чтобы понять, откуда берется этот яд. Верно?

— Это вопрос?

— Это вопрос. Отвечайте, — резко сказала судья Шьям, явно раздраженная самоуверенностью Барра.

— Ну, сразу после вскрытия я разговаривал с токсикологом из криминалистической лаборатории. Мы в общих чертах обсудили таллий, но без конкретики.

— Хорошо. Теперь вернемся к январю. Вы просили мистера Лэтча добровольно отдать вам ноутбуки и настольные компьютеры, верно?

— Да.

— И он отдал?

— Не сразу. Он явно не хотел этого делать.

— По вашему опыту, большинство людей охотно отдают свои компьютеры следователю по убийствам?

— Наверное, можно сказать, что нет.

— В конце концов он передал вам компьютеры?

— Да, после того как я получил ордер. Вы там были, мистер Ласситер. Вся встреча записана на видео.

— Хорошо. А зачем вам понадобились его компьютеры?

— Мы искали доказательства — любые записи или упоминания ядов, прежде всего таллия.

— Кто исследовал компьютеры мистера Лэтча?

— Чарльз Петтигрю, технический аналитик криминалистической лаборатории штата.

— Мистер Петтигрю нашел то, что искал?

— Нет.

— Мистер Петтигрю обнаружил хоть какие-нибудь признаки того, что мистер Лэтч или кто-то другой стирал, чистил или каким-либо способом удалял файлы либо упоминания с любого из компьютеров?

— Нет. Ничего такого не было.

— То есть обыск компьютеров мистера Лэтча не дал ничего, связанного с ядами?

— Верно.

— Вы также изучали телефонные записи мистера Лэтча — и мобильного, и стационарного телефона в офисе?

— Да. Мы получили ордер и забрали эти записи.

— Что искали?

— То же самое. Любые упоминания ядов, смертей от отравления, таллия и тому подобного.

— И что нашли?

— Ничего интересного.

— Ни намека хоть на что-нибудь, отдаленно связанное с ядами вообще и таллием в частности?

— Верно.

— Сколько лет вы служите в полиции Бракстона?

— Одиннадцать.

— И сколько лет из этих одиннадцати вы работаете детективом по убийствам?

— Последние шесть.

— Сколько убийств расследовали?

— Примерно полдюжины. В Бракстоне убийств немного.

— В каком-нибудь из них фигурировал таллий?

— Нет.

— Вы обращались за помощью в полицию штата Виргиния?

— Да. По делам об убийствах мы обычно с ними консультируемся, но официально в этом расследовании они не участвовали.

— Они знали, где можно достать таллий?

— Ну... я не думаю, чтобы полиции штата было известно о других подобных делах об отравлении.

— Они не знали никого, кто мог бы торговать смертельными ядами?

— Если и знали, мне не сказали.

Рэймонд тяжело вздохнул и с разочарованным видом произнес:

— Ваша честь, пока у меня все. Прошу сохранить за мной право снова вызвать этого свидетеля утром.

— Как пожелаете. Заседание откладывается до девяти утра завтра.

Во вторник утром выступали более «важные» свидетели. Все они были врачами с плотным расписанием, поэтому, в отличие от остальных, им не приходилось торчать в коридоре возле зала и терять время. Каждому заранее назначили точный день и примерный час выступления.