Молочница кивнула на лошадь.

– Так ее зовут?

– Его.

– Мило. Ну, я думаю, в этом и есть смысл нашего пребывания здесь. В нашем коттедже есть телевизор и видеомагнитофон, но я не планирую ими пользоваться. Я рада, что здесь также нет телефона, хотя сомневаюсь, что кто-нибудь стал бы мне звонить. Но что, если возникнет чрезвычайная ситуация? Здесь только наш дом и ваше ранчо?

Он указал на сторожевую башню вдалеке.

– Кроме нее. Думаю, если бы со мной случилось что-то безумное, рейнджеры стали бы моей ближайшей связью с обществом.

– Это круто. Вы, ребята, типа, друзья?

Уэйн издал короткий смешок.

– Эти парни - пара придурков.

Она посмотрела на него и кивнула, чувствуя, что ее социальный заряд уже иссяк. Молочнице не нравилось разговаривать с незнакомыми мужчинами, но, учитывая, что она случайно вторглась на территорию Уэйна, она изо всех сил старалась быть вежливой. Он показался ей достаточно милым, и портить выходные было последним, чего она хотела от общения с ним.

– Ладно, может быть, еще увидимся, - сказала она, опуская взгляд на землю и отыскивая еще хвороста.

Уэйн приподнял ковбойскую шляпу.

– Если все пойдет хорошо, тебе не придется этого делать.

УСТРЕМЛЕННЫЙ В НЕБО ВЗГЛЯД

Ее декольте оказалось прямо под прицелом.

Джаред Майерс уставился на дыньки женщины. Когда она наклонилась, чтобы подобрать дрова, он сам почувствовал свое бревно. Эрекция в его штанах продолжала расти.

– Вот это сиськи, - сказал он, облизывая губы.

В поле зрения попал мужчина постарше. Он встал перед грудастой женщиной, и они обменялись несколькими словами.

– Фу, этот педик загораживает мне обзор!

– Чувак, - сказал другой голос, - сколько раз я должен тебе повторять, что ты не можешь просто пялиться на телку, потому что хочешь заценить ее. С каждым днем становится все яснее, почему полиция штата обошла тебя стороной.

Джаред отвел взгляд от прицела и посмотрел на своего коллегу Тоби Рейнольдса. Бандана, прикрывавшая его залысины, была влажной от пота, а солнцезащитные очки - грязными.

– Полицейские - сборище слабаков и педиков, - прорычал Джаред.
– Они просто боятся, что в их команде будет настоящий альфа.

– Верно. Просто продолжай убеждать себя в этом.

– По крайней мере, у меня есть стремления. Какова твоя цель, умник?

Тоби достал из верхнего кармана своей формы рейнджера косяк и закурил. Он сделал такую большую затяжку, что тут же закашлялся от дыма.

– Ты смотришь на это, брат, - наконец выдавил он.

Джаред усмехнулся.

– Посмотри на себя.

– Что?

– Послушай, ты же знаешь, я люблю тебя, чувак. Но большую часть времени ты сидишь здесь со способностями умственно отсталого ребенка. Ты просто смотришь на эти вещи... и куришь. По идее, это должно быть "просто прошел мимо", но с тобой это будет "не просто прошел мимо, а выкурил косяк", и так до потери сознания.

– Чувак, это потому, что ты никогда не хотел курить со мной, - Тоби Френч затянулся своей следующей сигаретой.
– Если бы ты, блядь, хотя бы раз в жизни принимал участие, может, мне не пришлось бы так напрягаться, понимаешь, о чем я?

– Ты просто не понимаешь, - Джаред покачал головой, как разочарованный отец.

Тоби выдохнул еще одно облако дыма.

– Эй, чувак, я просто прохлаждаюсь здесь. Я никому не причиняю вреда. Я не понимаю, почему ты всегда осуждаешь меня.

– Знаешь, в чем твоя гребаная проблема?

– Мне не терпится это услышать.

– Твоя проблема в том, что ты всегда слишком зациклен, чтобы думать об общей картине.

– Пожалуйста, расскажи мне об "общей картине". Я люблю картины.

– Ты должен быть счастлив - прыгать от радости, черт возьми, - что я здесь, держу ситуацию под контролем. Если что-то пойдет не так, ты слишком неженка, чтобы нарушать закон.

– Поэтому я не люблю оружие, - сказал Тоби.
– Большое дело.

– Дело не только в этом. Ты боишься конфронтации. Но это то, на что ты подписался.

– Мы - гребаные рейнджеры, чувак.

Джаред топнул ногой.

– Ты дал клятву!

– Да ладно, здесь все равно ничего не происходит, - Тоби сделал еще одну солидную затяжку.
– Это ответственная работа, и именно поэтому я идеально для нее подхожу.

– То, что пока ничего не произошло, не значит, что ты не должен быть всегда готов.

– А как ты готовишься к этому вымышленному инциденту, помимо изучения сисек?

– Ты ведешь себя так, будто я делаю это только ради удовольствия, но на самом деле это нечто большее. Когда у меня на прицеле пара красивых дынек, я тренируюсь целиться, держусь ровно и контролирую дыхание. Но ты не знаешь, что нужно для того, чтобы стрелять. Ты слишком либеральный трус, у тебя кровоточащее сердце и все такое.