Шрифт:
Я достал аппарат. На экране высветилось уведомление от спортивного портала: «Слухи из кулуаров: капитан юниоров и клубный фотограф — рабочие отношения или тайный роман?»
Кровь мгновенно отхлынула от лица. Кто-то слил информацию. Туча, затягивающаяся над нами все эти недели, наконец прорвалась.
Глава 15. Вспышка в темноте
Габриэла
Утренний выпуск спортивного портала ударил по мне сильнее любого физического удара. Я сидела за своим рабочим столом в пустующем зале редакции, уставившись на экран монитора так, будто там было написано смертное приговор.
Заголовок пестрел яркими буквами: «Капитан и его объектив: переходят ли границы клубный фотограф и звездный игрок?». К материалу прилагалась пара старых снимков, сделанных из полумрака у служебного входа арены «Северный». На одном из них Райан наклонялся ко мне, заправляя прядь волос за ухо, на другом — мы стояли слишком близко, в опасной близости от разоблачения. Мое имя в статье пока не называлось прямо, но для любого, кто работал в нашей сфере, шифр был очевиден. Все догадки Марка, все косые взгляды коллег разом обрели форму официального обвинения.
Дверь кабинета шефа распахнулась с такой силой, что ударилась о стену. Начальник влетел внутрь, швырнув на мой стол распечатанный лист с той самой статьей. Его лицо побагровело от гнева.
— Габриэла! Ты хочешь объяснить мне, что это черт возьми такое?! — его голос сорвался на крик, заставив вздрогнуть всех остальных сотрудников в зале. — Весь интернет гудит! Руководство клуба в бешенстве, спонсоры звонят каждые пять минут! Функционеры требуют немедленной расправы за нарушение профессиональной этики!
Я медленно подняла глаза, чувствуя, как внутри всё заледенело. В висках навязчиво стучала кровь.
— Это... это раздутая история, — попыталась возразить я, но голос звучал на удивление тихо и слабо. — Пара неудачных кадров, вырванных из контекста. Журналисты просто ищут сенсации на ровном месте.
— Мне плевать, сенсация это или чистая правда! — перебил меня шеф, скрестив руки на груди. Его взгляд не сулил ничего хорошего. — В большом спорте нет места личным драмам, особенно когда речь идет о капитане команды перед ключевыми матчами плей-офф. Клуб уже аннулировал твою аккредитацию. Официально. Прямо сейчас. Собирай вещи, Габриэла. Твоя карьера здесь окончена.
Он развернулся и вышел, хлопнув дверью.
Я осталась сидеть в тишине, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Медленно, дрожащими пальцами я начала складывать в сумку свои вещи: блокноты, сменные объективы, любимую кружку. Каждая вещь казалась тяжелой, чужой. Больше всего на свете мне хотелось заплакать, но глаза были сухими, а внутри образовалась пугающая, звенящая пустота. Я потеряла работу, любимое дело и человека, который стал для меня всем.
Глава 16. Ультиматум
Райан
Я влетел в главный корпус арены «Северный» так, будто за мной гналась стая хищников. Телефон в кармане разрывался от непрерывных звонков: менеджер команды орал в трубку, требуя немедленных объяснений, а отец прислал короткое, уничтожающее сообщение: «Я предупреждал. Теперь исправляй то, что натворил, или забудь о своем будущем».
Но мне было абсолютно наплевать на отца. Наплевать на контракты, на скаутов из высшей лиги и на всю эту систему, которая пыталась переломать меня через колено. В голове пульсировала только одна мысль: где она?
Я бросился к пресс-зоне, надеясь застать ее на месте. Но ее рабочий стол был пуст и аккуратно убран. Монитор выключен. От Габриэлы не осталось даже следа — лишь одинокая бумажная салфетка в урне и пустое кресло.
— Ищешь свою пассию, капитан? — раздался за спиной холодный, пронизывающий до костей голос главного тренера.
Я резко обернулся. Тренер стоял у входа в коридор, скрестив руки на груди, и смотрел на меня с нескрываемым, тяжелым презрением.
— Можешь не стараться, Райан. Ее аккредитацию аннулировали еще утром. Руководство клуба сработало оперативно, чтобы оградить команду от этого цирка, — продолжил он медленно, чеканя каждое слово. — А теперь перейдем к тебе. Дисциплинарный комитет заседает через час. У тебя есть единственный выход, если ты хочешь остаться в составе перед решающими играми плей-офф.
Я сжал кулаки так сильно, что ногти больно впились в ладони.
— Какой выход? — выдавил я сквозь зубы, чувствуя, как внутри закипает глухая ярость.
— Ты выходишь к прессе и официально заявляешь, что все эти слухи — грязная ложь желтой прессы, а с фотографом тебя связывали исключительно рабочие и поверхностные отношения, — жестко отчеканил тренер. — Отрекаешься от нее публично, спасаешь свою репутацию и возвращаешься на лед. Либо... завтра ты вылетаешь из клуба с позором, и о большом хоккее можешь забыть навсегда. Выбор за тобой, капитан.