Часы с глухим стуком ушли обратно в камень.

Корн постоял, глядя на строчки в книге, потом взял с тумбы кристалл и убрал его в кольцо, и отдал мне семигранку.

— Не сходится у меня, — сказал он. — Шесть граней ничем не хуже седьмой. Они просто другие. — Он уже отряхивал колени. — Странно спрашивают. Как будто грань у каждой заготовки своя.

Он сказал это в сторону, просто ворча, что ему нормально не объяснили задачу, а вот меня эти слова зацепили. Правда, ни к какому выводу я так и не пришел, но в голове что-то билось. Вспомнились слова Ашера про рез в три грани. Так ведь не работает правило только одной грани на заготовку.

Я убрал железку в сумку.

— Мастер Корн, может, всё-таки про порядок? Там же про начало реза, и почему остальные для этого начала не годятся, а не вообще…

Дальняя стена разошлась, и Сайрус вышел вперед, держа свою глефу наперевес.

Корн же начал мне что-то отвечать, что времени совсем чуть-чуть не хватило, и какой же я дурак, что слушал его рассуждения.

C-ранг — это ведь уже не мелочь, которая лопается от ленивого взмаха Сайруса. Первую он снял с рывка, вторую смог разрубить на обратном движении, а вот третья и пятая прошли мимо. Тварь вроде пантеры кинулась на Корна, но ей дорогу преградил Тики-тик. Белый элитник-волк бросился на меня.

Я успел поставить плёнку, ушел от рывка, попал кулаком и замахнулся алебардой — но за семь десятых секунды добраться до твари не успел. Слишком далеко упала, так же, как было с гоблинами.

Дальше я помню кусками, и куски эти неприятные.

Дотянуться мне было нечем. Заряд в алебарде сидел, но молния не сработала, и всё, что я смог, — только подрубить лапу. Волк заревел так, что закружилась голова, и мне, пока я приходил в себя, прилетел удар когтями в грудь, распарывая наружную ткань бригантины.

Я вставал, уворачивался, пытался отогнать зверя алебардой, ставил плёнку, отходил, оглушал, и только с третьего раза, после прокнувшего разряда волк взорвался пылью. Двадцать Ци за плёнку, пятьдесят за заряд, и Ци улетучивалась очень быстро.

После своего успел помочь Сайрусу, который все это время встречал тварей. Застанил пантеру, что хотела прыгнуть ему на спину, и он снёс ей голову точным ударом.

Кончилось всё минут через пять. Тварей в этой волне было десять, как и в игре, но я все же здорово их недооценил. Сайрус расправился с восемью, одну Корн залил кислотой, и одну победил я. И повезло, что это был белый волк-вожак, у которого спецатака акустическая, а не какой-нибудь тролль или молниевый тигр. Всё-таки твари всегда вылезали рандомные.

Я сел там же, где стоял, и минуты две просто дышал.

Ци: 440/1125

Комната была чистая. Вот это в ней и было самое странное: своими глазами видел тут десять туш, а теперь ни одной. Только в воздухе словно пыль витает и медленно оседает к полу.

— Тьфу ты, — сказал Корн откуда-то из-за тумбы. — Дышать этим ещё.

А потом замолчал.

Я повернул голову. Старик стоял на четвереньках, опустив лицо почти к самому полу, и смотрел в эту муть, словно внезапно увидел в ней сокровище.

— Мастер Корн?

Он не ответил. Полез в кольцо, достал пустую пробирку, снял пробку и повёл ею по полу, набирая. Потом поднял, заткнул, посмотрел на свет.

— Партнёр, — сказал Корн. — Иди сюда.

— Я не хочу.

— Тогда сиди и слушай. — Он поднёс пробирку к глазам. — Это Ци.

Я приподнялся на локте.

— Чего?

— Ци это. Чистая. — Он повертел стекло. — Такая же, как когда зерно ломаешь.

Я провел рукой у пола и пригляделся. Действительно, золотые частички, похожие на те, что появляются после разрушения зерна. Только там они были все рядом, и это легко можно было увидеть, а здесь словно одно зерно распылили по всей комнате.

С другой стороны, в игре во время испытаний закалка вполне себе шла. Да и должны же эти твари из чего-то состоять, раз тел не оставляют?

Минут через десять пыль словно растворилась, а Корн, по его словам, успел собрать эквивалент пыли с одного зерна C-ранга и упаковать её как настой Ци.

И ворчал, главное, что я его обманул, что тут другой добычи нет. Хотя я на самом деле был уверен, что так будет. Ну, настой Ци лишним никогда не будет, так что я рад, что ошибся. Жаль даже, что я ему помочь ничем не могу — там мало пыль собирать, надо её маной прессовать и удерживать. Мне такое пока не под силу.

— На прошлой волне, получается, тоже было, — сказал я.

— Наверно, но я не увидел и не почувствовал. А сейчас десяток C-шек, и вон сколько.

Это хорошо, что мы сейчас это заметили. Потому что дальше еще такая же волна, потом еще две посерьезнее.

Сайрус и я выпили по лечилке, потому что Корн настоял. Вину, видимо, чувствовал за подставу с испытанием ума, и, по его словам, он и ответ несет.

Потратил он за эту волну пару золотых, получается, потому что кислота, которой он тварь погасил, явно была не простая.