Шрифт:
— Итак, — начинает скрипучим голосом, придвигая к себе бумагу, — шевалье Стэнард ди Гревис?
— Откуда вы знаете?! — немедленно «пугаюсь». — Я первый раз вас вижу!
Опять операция сверления. Опять безуспешная. Продолжаю «пугаться». Чувствую, ему приятно, хотя виду не подаёт.
— Вы понимаете, за что здесь оказались?
— А где я оказался? — «испуганно» оглядываюсь окрест.
Замечаю сзади сопроводившего меня гориллу. То есть верзила, конечно, не горилла, но издалека можно перепутать. Громила презрительно усмехается.
— Мы — тайная стража Его Величества, — сухо информирует глист.
— А как вас зовут? — мой голос просительный и робкий.
— Моё имя вам знать ни к чему, — отрезает глист. — Обращайтесь ко мне «господин дознаватель».
— Хорошо, незнакомый дяденька, — соглашаюсь покладисто, — так и буду вас называть.
На этот раз не сверление, а прямо удар копьём! Сразу переводит взгляд мне за спину.
Д-дум! Тяжеленная затрещина сбивает меня со стула. Да что ж такое! Опять по голове! Да ещё и прикладываюсь ей о стену.
Да, сам понимаю, что наглею не по-детски. А всякие там тайные службы вежливы только с высокопоставленными персонами. И то не всегда. Вот меня и ставят на место. То есть укладывают на пол. С прямодушной грубостью.
Хорошо, что доспех успел активировать. Всё-таки не зря с предком экспериментировал. Заклинание, обращённое на себя, надо как бы внутри тела держать, тогда браслеты его игнорируют. Ощущение собственной отвязной наглости заставило насторожиться. Я успел! Ну, почти. Доспех активировался, когда я уже летел со стула. Так что затрещину пропустил, а вот удар о стенку головой ущерба мне не нанёс.
Мне-то да… Задумчиво разглядываю еле заметную вмятину на стене. Крепкие тут стены, однако.
— Эй, ты не перестарался? — в голосе дознавателя некая досада присутствует, но что-то мне подсказывает, вряд ли это беспокойство за моё благополучие.
А это идея! Что-то мне наскучил этот глист, то есть незнакомый дяденька.
— Да вроде живой, — громила толкает меня носком сапога.
Дознаватель встаёт, наклоняется вперёд, изучает моё состояние. Я его смутно вижу, мои расфокусированные очи всматриваются туда, где должно быть небо. Глист переводит взгляд в сторону, о чём-то и чем-то думает.
— Тащи его обратно в камеру! — брезгливо командует верзиле.
Помогать ему не собираюсь. Громила легко вздёргивает меня в вертикальное положение, тут же валюсь на него, цепляюсь руками, ноги подгибаются. Предок гнусно хихикает: «Обожаю цирк и клоунов!»
Мне удаётся развеселить его ещё больше. Пока конвоир волочёт меня по коридору, задаю несколько идиотских вопросов, заглядывая ему в глаза ясным взором дебильного ребёнка:
— А ты кто? А мы где? А где мама?
Громила яростно ругается, взывает к Праотцу и клянёт всех демонов, называя их по именам. Подозреваю, не по настоящим, поэтому я не стал запоминать.
На середине пути к нему присоединяется ещё один, почти такой же здоровый. Второму задаю те же самые вопросы. В камеру меня раздражённые конвоиры без затей забрасывают. Должен признать, грубо, но аккуратно. Головой ни в топчан, ни во что другое не врезаюсь. Хотя ничего другого тут и нет.
Внутри меня предок уже икает от смеха.
Особняк Стэнарда ди Гревиса.
Примерно то же время.
Варнаку было не до смеха. Ночью в особняк прибыла карета, остолоп-кучер и не меньший остолоп-охранник не разбудили и не доложили, что хозяина нет. Взбешённый секретарь тут же отправился к Иссертам. Хозяев, надо признать, факт исчезновения шевалье озадачил.
— Я не хочу сказать, Ваше сиятельство, что милорд излишне женолюбив, но можно умозрительно предположить, что он уехал инкогнито с какой-нибудь красивой аристократкой?
Почему-то граф посмотрел на Варнака удивлённо, затем развил бурную деятельность. Спасибо ему огромное. Были тщательно допрошены дворецкий и все слуги. В один голос все утверждали, что никто из вошедших во дворец дам не покинул бал до его конца.
— Есть несколько человек, которые не воспользовались приглашением, — граф размышлял вслух, — но по уважительным причинам. Кого-то нет в столице, кто-то очень занят. Так что не знаю, чем тебе помочь, дружище.
Теперь ближний помощник шевалье ломал голову над тем, что делать дальше.
«Если не знаешь, что делать, поступай по заведённому порядку. Если есть даже слабая вероятность угрозы — готовься встречать реальное нападение», — из памяти всплывает инструкция милорда на все возможные непонятные случаи.
Варнак вскакивает и врывается в комнату лейтенанта, командира ратников:
— Митрак! Всем строиться! Быстро!
Через минуту вышагивает перед строем воинов и ставит задачу:
— Милорд пропал! Всем держать оружие под рукой! Приготовить всё к срочному выезду! Быть готовыми к нападению!