? ...Утверди немощную душу мою во всякой добродетели! ...На недвижимом камени заповедей Твоих утверди слабое для всякого добра сердце мое!... Господи!...

Возле Борисоглебского храма слух майора уловил молитву, произносимую за священником многоголосным хором. Обычно пустующая церковь сейчас напоминала улей. Прихожане выходили и выходили из него с неменьшей частотой, чем покупатели в оживленном торговом центре.

На дорогах майор то и дело замечал автомобили, набитые домашним скарбом. На пересечении Токарей и Машинной "рено" и "мерседес" с треском столкнулись по касательной, ободрав краску и разбив зеркала. Но, к удивлению Лазарука, водители легковушек даже не остановились. Каждый предпочел убраться по своим неотложным делам побыстрее.

Те, кто не уезжал, собирались на улицах и во дворах небольшими группами и тревожно всматривались в черное кольцо.

? Я слышал в Москве, товарищ майор, завтра начнется революция, ? сказал ему знакомый пенсионер Семеныч, продающий таблоиды и сборники кроссвордов у мясного магазина "Жадина-Говядина".

? Откуда такой слух?

? Знающие люди сказали. Так что рекомендую запастись едой. ? Старик махнул рукой в сторону ближайшего гипермаркета и добавил: ? Пока не поздно.

? Спасибо за предупреждение, Семеныч, ? кивнул Лазарук и бросил встревоженный взгляд в сторону "Магнита". Возле входа скопилась огромная толпа покупателей. Несколько охранников препятствовали ей войти в таком количестве и разом, но безуспешно. Когда майор уже миновал это возмущенное сборище, кто-то кинул в витрину пару каменей, и люди с фланга стали впрыгивать в магазин через образовавшиеся стеклянные амбразуры.

Пройдя еще два квартала, Лазарук увидел несколько семей, сидящих на дорожных сумках и коробках возле двери в подвала. Рядом со спуском виднелась полустертая, перекрытая непонятным росчерками граффити надпись БОМБОУБЕЖИЩЕ. Две женщины стояли у входа. Одна из них склонилась заглядывала в замочную скважину.

Когда до дома Лазарука оставалось всего пара сотен метров, из-за угла на улице Космонавтов наперерез майору выскочил молодой мужчина в спортивном костюме. Под два метра ростом, атлетически скроенный, он был пьян. Налитые кровью глаза остановились на Лазаруке.

? Постой, военный! Поговорим! ? здоровяк неловко прыгнул навстречу, схватил майора за грудки и встряхнул. Клацнувшие зубы майора прикусили губу. ? Признайся, вояка, что происходит?

? Я не знаю! ? майор слизнул сбежавшую в уголок рта капельку кровь. Он попытался вырваться. Но детина держал его так крепко, что стало очевидным: добром эта стычка не кончится.

? Почему вы не атакуете эту дрянь?! Говори!

? Я сегодня не на службе и пока не слышал о таком приказе, ? ответил майор и сделал попытку урегулировать отношения мирным путем: ? Давай разойдемся мирно. Ты отправишься в свою сторону, я в свою.

Предложение Лазарука принято не было. Бугай схватил майора еще крепче и обдал его облаком горячего перегара:

? У тебя есть оружие? Дай мне свое оружие!

Не дожидаясь ответа, нападавший перехватился за лямки военного рюкзака и дернул их так, что у Лазарука захрустели лопатки. Рывок оказался настолько сильным, что лямки лопнули, и мешок упал на землю.

Следующим движением здоровяк ухватил майора за ремень, огромный кулачище взмыл в воздух. Размах-удар! Первый тумак, и скула Лазарука взорвалось дикой болью.

Второй удар пришелся ближе к уху, и сознание майора окрасилось в красно-бордовые цвета. Третий удар отправил бы майора в глубокий нокаут. Но он извернулся и получил основательный, но не критичный удар в плечо.

Использовать короткую паузу между апперкотами майор мог двумя относительно гуманными способами. Ударить коленом в пах или костяшками пальцев по глазам. Но ярость затмила его разум. Он ребром ладони въехал противнику в кадык, намереваясь сломать гортань нападавшего к чертовой матери.

Перед тем, как ладонь соприкоснулась с шеей противника, в сознании майора все таки сработал какой-то ограничитель, и он снизил силу удара вдвое.

Удар вышел не слишком точным, но достаточным, чтобы Лазарук освободился от захвата. Дебошир с болезненным свистом втянул в легкие воздух, захлебнулся им, закашлял, упал на колени, но уже через мгновение поднимался на ноги. Одновременно из накладного кармана брюк он доставал молоток.

Майор пожалел, что использовал данную ему возможность лишь наполовину. Теперь он как зачарованный смотрел на опасный предмет.

Верхняя половина молотка была сплошь темно-вишневая и мокрая. Деревянную ручку покрывали пятна такого же цвета. "Будь я проклят, ? снова обругал себя майор, ? если это не кровь".

Лазарук отступил на пять шагов, выбирая оборонную позицию, но верзила и не намеревался наступать. Он просто метнул в майора молоток, собираясь размозжить ему лицо. Все, что успел сделать Лазарук в следующий миг ? это прикрыть голову руками. Раздался хруст и майора кинуло на асфальт. В полете он перегруппировался, перекатился и прыжком вернулся в боевую стойку.