Шрифт:
– Платить вы мне, конечно, не будете?
– Наоборот. Буду. И немало. Ваши прежние доходы – мелочь. Кто же даром пашет и сеет? Это только у вас в Союзе рабство, а тут демократия.
– Ничего себе демократия! Это безвыходная принудиловка с вашей стороны по отношению ко мне. Чистой воды военный коммунизм,- Беркасов надул щёки.- Платить он будет. Вы хоть представляете моё богатство?
– Да. Иначе я бы к вам не пришёл.
– Чисто из любопытства. Сколько?
– Хитрый вы, старче Беркасов. Бог с вами. От того, что я вам скажу, надеюсь, не опечалитесь. Всё ваше барахло: картины и антиквариат – копии. Достаточно?
– Нетрудно было догадаться, что вам это известно. Я оригиналы в банке храню.
– Не в банке, а продали. Ценные бумаги. То, что вы на бирже играете через подставного, знаю. Перечислять?
– Субчик вы,- Беркасов ещё больше надулся.
– Итого: всё, что вы имеете, тянет нынче до сорока миллионов фунтов стерлингов. Могу и поточнее.
– Убедительно. Сдаюсь,- признал Беркасов своё поражение.
– Без стоимости замка в Южной Шотландии,- добавил Сашка, окончательно его добивая.- Сколько он стоит, не знаю, не выяснял. Десятый век всё-таки.
– Японец один миллиард долларов предлагал.
– Что не продали?
– Юношеская любовь. И до гроба.
– Обязательно посещу. На фото вроде ничего особенного.
– Да что вы! Это произведение искусства. Грандиозная мощь. Я в эту гадость с героином потому и влез, что не хватало. Хозяин упрямый попался, доллары, говорит, подавай в купюрах по пять. Миллион по пять. Я же год, как вернулся в Лондон. В долг залез, а дела не сразу пошли, а тут ещё вторжение наше в Чехословакию подорвало и так чахлую торговлю,- Беркасов махнул рукой, выражая безнадёжность положения, в котором оказался.
– Хозяин кто?- спросил Сашка.
– Вудвордс. Я его обхаживал, тут Никита меня невзлюбил, выставил в Союз. Только я возвратился, старик возьми да и умри. Сын его единственный, хиппи проклятый, бестия патлатая, бери, мол, говорит, но плати в купюрах по пять долларов и срок назначил. Еле успел. Оборванцы деньги сгребли, в торбы из дерюги рассовали и ушли гулять по свету с миллионом, а я сел рядом со стеной на косогорчик под башенкой и слезу пустил. Толкает в плечо кто-то, очнулся, вижу – это привратник стоит, пришёл прощаться, думал – прогоню. Если поедете, то прямо к нему, лучше истории замка никто не знает, там ведь всё сохранилось: и мебель, и картины предков. Вам понравится.
– Воспользуюсь. А этот блудный сын не появлялся?
– Нет уж его. В шестьдесят седьмом полицейский автобус врезался в толпу при разгоне демонстрации за прекращение войны во Вьетнаме, вот он, в числе других, под него и попал. Умер от травм в госпитале неделю спустя.
– Ясно. Продолжим?
– Обкопали вы меня со всех сторон, комар носа не подточит.
– Тем и жив.
– Оборудование это купить просто. С лицензией на производство будет сложней. Систему нашу знаете, надеюсь. Стухнуть дадут, украсть, а продать – дудки.
– Документация у меня есть. Вся. И исполнитель есть. Но имидж дороже.
– А кто готов производить?
– "Содд технолоджи".
– Фирма солидная. Без доработки?
– Довели уже. И оснастку привязали.
– Сколько вы готовы дать?
– Вам от суммы контракта четыре процента.
– Это миллионов на двести контракт?
– Шестьсот.
– Срок желательно приблизить?
– Крайне. Потому, собственно, и у вас.
– Напугали вы меня изначально, честно признаюсь, но вижу, что деловых качеств у вас предостаточно, и размах внушает доверие, а потом, мне деться от вас некуда. Прижился я здесь,- Беркасов осмотрелся вокруг себя.- Кто будет платить по контракту – это мне можно знать?
– "Иссиф оф Бэнк".
– Понятно. Они, стало быть, затеяли реконструкцию.
– Довольно большую. Глубокой переработки завод нужен.
– Под какой объём?
– Пятьдесят миллионов тонн.
– Солидно. Чем тут располагаем?
– Тоже шестьсот,- Сашка выставил палец на руке.- Ваш один.
– Неплохо тоже. Вот что. Предложите им два по тридцать. Как?
– Меньшая энергоёмкость, быстрота монтажа?
– Приятно иметь дело с умным человеком. Регион, опять же, неспокойный. До новых фюреров рукой подать.
– А время?
– Полгода. От и до пуска. И ещё очень важный вопрос. Кто будет обслуживать кредит?
– "Контрол Бэнк Корпорэйшн".
– Пирс!!?- у Беркасова вытянулось лицо.
– Могу и через другой,- увидев реакцию, сказал Сашка.- Мне разницы нет.
– Многие английские друзья отвернутся. Но, пожалуй, не все.
– Сыграйте роль миротворца. Ваше, ведь, время.
– Загадочный вы человек. Консерватизм здесь, увы, так же силён, как и наше пьянство.
– Не плюйте против ветра.