Шрифт:
— А постель?.. — занудно продолжала жена.
Игорь глянул в сторону неубранного дивана, который так стоят, может, уже с год или два, и вызывающе рявкнул:
— Кто составил ящики?.. Чьи бутылки?.. Кто убрал фотографию?.. Кто кровать?.. — поднял за уголок мятую простыню.
Жена сбавила тон:
— Полезай в подвал!
— Сама полезай!
Игорь вышел из домика.
Подслеповато смотрел на металлическое небо, алюминиевое солнце, смахнул снежистую корку с донышка перевернутого ведра и сел, сразу же ощутив, как холод стал проникать в него.
«Все вечно в чем-то подозревают... Упрекают...»
Почувствовал, как сзади ему на плечи мягко легли ее руки и прозвучали такие неожиданные сегодня для него слова жены:
— Ах ты, родной мой!..
Вот это да!
В его ушах будто подтреснуло что-то. А думал, что он только тягло... Боже ты мой...
Машинально прошел в домик, открыл погреб, спустился в темноту и, на ощупь бросая клубни в сумку, прошептал:
— Во, удумала-то... С чего это?..
Когда вылез, в дачной светличке нашел за книгами фотокарточку, поставил ее на видное место.
2
Только вернулись домой, а тут записка сына: «Папа и мама! В милицию вызывают...»
— Нашли воров? — с удивлением спросил Игорь.
— Если бы... — ответил Вова из комнаты.
Оказывается, когда он играл во дворе и провожал домой четырехлетку Витька, у малыша в квартире пропали часы. Мать Витька накричала на Вову: «Ну ты, сволочь сопливая! Неси часы». — «Нет», — ответил тот. «Ах, так! Тогда пусть с тобой разбирается кое-кто постарше тебя...»
— Час от часу не легче! — отец схватился за голову.
— И ты веришь? Да не брал он их! — тут же возмутилась жена.
— Надо же! — ругался в дребезжащем трамвае Игорь. — Кража на краже... Вор на воре...
Инспектор — блеклая блондинка средних лет — строго спросила Вовку:
— Сознавайся, голубчик, куда часы определил?..
Игорь вспомнил, как сам вот так, с лету, обращался к людям, намереваясь обезоружить их своей напористостью: может, с испугу и сознаются. Но когда такое происходило с другими, все было в порядке вещей. А тут ведь дело касается его сына...
Он уже готов был дать соответствующий отпор этой бормо-талке в погонах, как Вова сам запричитал:
— Да я их не брал. Это они на меня подумали. Я к Витьку в гости хожу.
Не выдержала и жена:
— Сначала справки навели бы, что собой Витькина мать представляет. За что ее из поликлиники выгнали. И у меня брала шерсть на шарфы... И что, возвратила? А сегодня погром во дворе устроила...
Инспектор заколбасила руками и сказала:
— Поинтересуемся... Но ты, Вова, всю правду мне сказал?
— Не видел я никаких часов.
На глазах у него выступили слезы.
— Вот видишь, как дружить с малышами? — упрекала сына мать, когда они возвращались домой.
— Витек тоже не виноват, — вытирал кулаком покрасневший нос сын. — Я к ним в гости ходить не буду, а с Витьком гулять буду.
— Я уж ей выдам!.. — не могла успокоиться и Людмила.
— Еще больше грязью измажешься, — морщась, протянул Игорь.
3
В конце концов, разве она такая уж плохая жена? Просто его с ней связали обстоятельства. Вот он, особенно не задумываясь ни над чем, и создал вокруг себя видимость обыкновенной нормальной семьи. Привык... А Регина — что? Так, причуда.
— Игорь Сергеевич! Ищут... — шумнула из приемной секретарь директора.
— Что?.. Зачем?..
Подскочил к аппарату.
— Игорь! Я на рынке!
— Ну и что? — узнал он голос жены.
— Бросай все, тут твою дубленку продают!
— Да ты что?! — присвистнул он. — А в милицию позвонила?
— Шархана нету...
— Я мигом! Только сама ради бога ничего...
Игорь, натягивая на ходу пухляк, выскочил из конторы, замахал встречной машине. Полупьяный водитель долго не соглашался ехать в город, но за двойную плату утвердительно кивнул.
Людмила ждала его у рыночных ворот:
— Вон, в том ряду! Я первой пойду, а ты потом.
— Постой! На рынке должен быть дежурный милиционер. Надо его найти... — Оглянулся. — Давай сначала все-таки проверим: наша, не наша...
Толкаясь в людском потоке, устремились к длинному ряду с развешанной на стойках пестрой одеждой. Свернули на подледеневший взгорок.
Люся потрогала висящую на плечиках дубленку и спросила женщину в тулупе:
— За сколько отдадите?
Игорь пригляделся к дубленке — точь-в-точь его! Засообра-жал, как задержать эту женщину. Но увидел, что жена рассматривает правый карман, на котором должна была быть штопка. Штопки не было.