Шрифт:
— Как ты видела, женщины — наше главное достояние в клубе, но мы хотим поднять уровень представления… финал, который заставит людей возвращаться. — Он делает ещё одну затяжку, затягивая разговор. Моё тело уже начинает зудеть, когда он наконец добавляет: — Моя команда и я считаем, что выступление пары станет идеальным дополнительным развлечением.
— Разве у вас нет других кандидатов? Люди каждый вечер штурмуют входные двери.
— Ты хочешь сказать, что не подходишь для этой работы? Я всегда могу найти кого-то другого.
Гордость мешает мне спорить. Я вздыхаю с раздражением и опускаю голову.
— Нет, Босс. Я справлюсь.
— Я так и думал… И я выбрал идеального партнёра для тебя.
Как по команде, раздаётся стук в дверь, и улыбка Босса расширяется, прежде чем он приглашает войти. Я закусываю нижнюю губу и на мгновение закрываю глаза, отказываясь даже думать о том, что мне придётся интимничать с кем-то на публике. Перед платящей аудиторией.
Дверь открывается, и я жду, пока рядом со мной не появляется присутствие, кто-то занимает пустое кресло. Когда я открываю глаза, Гарри поправляет рубашку и, повернувшись ко мне, выглядит не менее озадаченным. Его лицо спокойно, бесстрастно, пока что-то вроде паники не мелькает в его глазах.
Если честно, я избегала его после инцидента в самолёте. Хотя я знаю, что идея наших отношений неправильна, моё тело, кажется, не может контролировать себя рядом с ним. И эта новая концепция нашей совместной работы может стать окончательным искушением.
Босс знает, что отношения запрещены — это его собственное правило, — и всё же он дразнит нас. Подталкивает нас клюнуть на приманку. Назовите это «проклятием танцевального шоу», но работа в такой близости станет катастрофой. Наши отношения будут анализироваться и окажутся под пристальным вниманием.
Ричард — стервятник, а мы с Гарри — смертоносная добыча.
— Представления не нужны, вы двое, — говорит Босс. — Поздоровайтесь со своим новым партнёром по танцам.
Гарри всё ещё смотрит на меня, его взгляд прикован, будто моё присутствие превратило его в камень. Наконец он качает головой.
— Я не танцую.
Глубоко внутри мы оба знаем, что Босс просит о чём-то гораздо более серьёзном. Если судить по «танцам» девушек, взаимодействие между нами будет интимным, с украденными прикосновениями и публичной демонстрацией для грубых блуждающих взглядов.
— Я всегда могу найти кого-то другого на твоё место, чтобы танцевать с Джиджи, если между вами есть проблемы.
Я выпаливаю, пытаясь спасти нас:
— А как же ограбления? И планирование…?
— Ты хочешь сказать, что у тебя нет времени вписать это в свой график? Джиджи, если ты не справляешься…
— Я справлюсь!
— Я так и думал. — Босс улыбается, поворачиваясь к Гарри. — Есть возражения?
Мы оба качаем головами.
— Отлично. — Ричард встаёт, проверяя свои Omega. — Я попрошу инструктора передать вам обоим программу. Вы оба должны посещать тренировки в течение следующих нескольких недель. Ваш дебют на сцене состоится, когда они объявят, что вы готовы. — Он направляется к двери.
Перед уходом я спрашиваю:
— Простите, Босс… но кто будет нашим инструктором?
Его улыбка становится дьявольской.
— Поппи.
Ричард закрывает дверь, прежде чем я успеваю возразить, выбивая из меня воздух. Я падаю на стул, пытаясь осознать, что мне придётся сопротивляться прикосновениям Гарри, находясь в окружении его пьянящего присутствия каждый день — в компании такой коварной, как Поппи.
— Я не думала, что ты любишь танцевать, — говорю я, пытаясь разрядить обстановку.
— Я не люблю, — говорит Гарри холодным и непреклонным голосом. Однако он смягчается, когда поворачивается ко мне и признаётся: — Я скорее умру, чем позволю другому мужчине прикоснуться к тебе… Ричард знает правила, но он не, блять, глуп, Джиджи. Он знает, что я не позволю никому другому взять эту работу.
Обычно Гарри процветал бы в такой ситуации, имея меня в своей власти, чтобы он мог касаться меня без страха быть казнённым за это преступление. Однако он кажется злым, холодным, выбитым из колеи от этой перспективы.
Я говорю:
— Это может быть не так уж плохо.
— Томас, выпрями спину. Походка горбуна не продаст билеты.
Я убью эту женщину.
Слава богу, я в обществе, где убийство приемлемо, потому что чертова Пенелопа Грин — номер один в моём списке. Мои кулаки сжимаются от одной мысли о том, чтобы сомкнуть руки на её шее. И в этом нет ничего грациозного. Я должна прижиматься к телу Гарри, не оставляя между нами ни миллиметра, но мне не хватает усилий.