Шрифт:
Я вздрагиваю от ласкового обращения. От того самого, которым он награждает всех своих любовниц. Ярость пробегает по конечностям.
— Не называй меня так.
Брови Дикона сходятся, словно он совершенно не понимает, почему меня это задевает.
— Пойдем, Девушка с татуировкой сирабракса. За мной.
Куда? Чтобы меня привязали, пока приступ не пройдет? Чтобы я дралась с ним? Чтобы поддаться искушению и убить невинного?
— Я никуда с тобой не пойду.
Дикон резко и коротко вдыхает.
— Тебе это необходимо, Вивьен. Ты вся изнываешь.
— Не говори мне, что мне нужно.
Я пытаюсь звучать твердо, но из-за боли с губ срывается тихий стон.
— Да и что ты вообще об этом знаешь?
Его лицо становится решительным.
— Ты…
Он качает головой. В этой темноте, когда мы здесь только вдвоем, он ничуть не меньше похож на создание ночных кошмаров, чем любой девиант, с которым мне доводилось сражаться.
— Знаешь, я слышал тебя той ночью.
Его голос действует как наркотик, способный перевернуть сознание.
— Когда ты наблюдала за мной в спортзале. Твое учащенное дыхание. Жадный стук твоего маленького сердечка.
Я невольно ахаю. Спину пронзает мучительная пульсация.
— Тогда я не подумал…
Он качает головой, и в его глазах появляется что-то новое.
— Есть и другие способы удовлетворить эти потребности. Если ты об этом просишь.
И я ничего не могу с собой поделать. Думаю, что, возможно, все, что Дикон мог бы со мной сделать, избавило бы меня от этой боли — этого желания — так же быстро, как убийство. Но я отталкиваю этот порыв. Наверняка это говорит безумие.
— Единственное, от чего билось мое сердце, — непреодолимое желание вспороть тебе брюхо.
Он делает шаг вперед и оказывается слишком близко. Черная вишня, табак, секс и насилие. Цвета смешиваются со звуками. Стоны, скулеж, всхлипы.
— Ты сводишь меня с ума, знаешь об этом?
В его глазах и голосе пылает грубый, обжигающий жар. Что-то дикое, жаждущее и ненасытное. Я не спрашиваю, откуда он знает, что на этот раз удара ножом под ребра будет недостаточно. Прежде чем успеваю вывернуться, он хватает меня за запястье и тащит по коридору.
— Отпусти.
Я извиваюсь. Его кожа обжигает мою.
— Тебе нужно выпустить пар.
В голове вспыхивает картина: наша кровь разбрызгана повсюду, и уборщикам «Лихорадочного сна» предстоит ее отмывать. Мне приходится буквально стряхнуть с себя притягательность этого зрелища.
Когда мы вываливаемся на улицу, я вижу собственное дыхание в холодном воздухе. Черты Дикона скрыты тенями, но его взгляд разрушителен. Неумолим. Я не могу от него скрыться. Не могу скрыться от самого Дикона. Ярость оттого, что эти больные желания возникли против моей воли, борется с ужасом от того, что я вижу их отражение в его глазах.
— Я сама на себя не похожа.
Его ледяные глаза пылают жарче огня.
— Иди охоться.
— А Финн? Каспар? Старейшины, Выводок…
— Для этого я здесь.
Я щурюсь, разглядывая часовую башню на севере. Чуть больше двух ночи.
Ноги начинают двигаться прежде, чем я успеваю это осознать. Я крадусь по улицам города, который люблю и который поклялась защищать. Кто-то прямо сейчас молится о чуде, и этим чудом стану я. Кинжалы поют в моих ладонях. Я ступаю быстро и бесшумно, а Дикон без малейшего усилия следует позади, словно Хаунд. Сторожевой пес. Рыцарь за спиной своей королевы.
Я ищу нечто ночное. Нечто порочное… Резко останавливаюсь на углу улицы, заваленной мусором. Закрываю глаза и позволяю телу говорить. Позволяю боли вести меня. В сознании вспыхивает образ острых белых клыков и жестоких, соблазнительных глаз.
— Вампир.
— Давай, покажи им, Убить Билла.
— Хватит уже цитировать фильмы.
Возле таунхауса с осыпавшейся кирпичной кладкой стоит молоденькая девушка, наверное, лет восемнадцати, с аккуратным носиком и мягким взглядом. На ее клубнично-светлых волосах, кажется, целый баллончик лака. Над ней нависает симпатичный парень, похотливо разглядывая ее и поглаживая большим пальцем по щеке. Я разминаю шею и плечи, чувствуя, как по телу скользит жестокая эйфория. Я нашла своего девианта.
Девушка без страха наклоняется к нему. Только теперь я замечаю ее ярко-розовые короткие шортики и прозрачную майку. Вампир протягивает ей пачку купюр, и я срываюсь с места.
— Эй! — окликаю я. — Подождите!
Девушка оборачивается. Взгляд ясный. Никакого мака.
— Мы можем вам помочь?
— Иди дальше, — торопит ее вампир.
Его клыки выдвигаются, когда он смотрит на ее шею, и все мое тело напрягается от бушующей кровожадности. Такой пиявке нужно дерево.
Словно прочитав мои мысли, Дикон вырывает доску из заколоченного окна таунхауса и протягивает мне. Я переламываю ее о колено и получаю идеальный заостренный обломок. Я собираюсь ударить быстро, но вампир не уступает мне в скорости. Он обхватывает девушку за талию и прикрывается ею, как живым щитом. Мои рефлексы заставляют отдернуть кол за мгновение до удара.