Я аккуратно сложил лист вчетверо, провёл ногтем по сгибу, чтобы держался плотно, и убрал во внутренний нагрудный карман. Туда же, где лежал черновик «для души» — тот, в котором послание было сформулировано короче и куда информативнее. Этот я ему пока не отправлю. Но и выкидывать как-то жалко, так что пусть останется на память.

В дверь аккуратно постучали.

— Артём… — голос у Алисы за дверью был встревоженный. — У вас там всё в порядке? Феликс цел?

Я скользнул взглядом по брату. Феликс лежал поперёк кровати ровно так, как я его туда уложил минуту назад — с подушкой под шеей и одеялом до пояса. Вроде живой, значит всё в норме.

— Ну, в целом, — да, — сказал я. — Можете заходить.

Створка качнулась, и Алиса быстрым шагом прошла прямиком к кровати. Присела на край матраса, положила ладонь Феликсу на лоб, подержала пару секунд, переложила на щёку. И только тогда наконец выдохнула.

Следом, без спешки, появилась Роза и тихо прикрыла за собой дверь.

— Жара нет. Артём, что с ним? Он так и не очнулся?

Я ещё раз прокрутил в голове тот отличный хук справа, и где-то внутри приятно колыхнулось. Всё-таки достал меня засранец своим гонором. Но это я так, по-доброму.

— Да… то есть, нет, — сказал я. — Не очнулся.

Подробности я решил опустить.

— И долго будет спать?

— Часов десять. Может, и все двенадцать. Пацан выложился на полную, теперь ему нужно хорошенько отдохнуть.

— Пацан? — Алиса приподняла бровь. — Говоришь прямо как наш семейный инструктор, Михалыч. Тот даже меня иногда пацаном называет, никакого уважения… хотя, — она тяжело вздохнула, — чего ещё ожидать от такой дыры, как Сечь. Тут и самые благородные постепенно превращаются в грубиянов.

Я хмыкнул и не стал спорить. Алиса между тем аккуратно поправила Феликсу одеяло и, не поднимая глаз, спросила негромко:

— А дар…?

Я молча поднялся, прошёл к двери и щёлкнул засовом.

Алиса проследила за моими действиями, и я через Оценку увидел, как у неё внутри щёлкнул переключатель. Тревога за жениха ушла на второй план, и вперёд вышла придворная интриганка — собранная, цепкая, готовая слушать каждое слово и взвешивать его на своих весах. Закрытая дверь, серьёзное лицо, разговор без свидетелей — всё это девочка считала за полторы секунды и подобралась как надо. Молодец, Волкова. Сразу поняла, что ситуация пошла по… всем известному месту.

— Он что… не пробудился? — голос у неё стал собраннее.

— Садись, — я кивнул на стул у стола. — Разговор будет долгим.

Роза шагнула вперёд и открыла было рот:

— Артём, может, не стоит сей…

— До тебя тоже очередь дойдёт, не беспокойся, — оборвал я твёрдо. — А сейчас сядь и молчи.

Обе послушно сели — Алиса на стул у стола, Роза рядом, на свободный табурет у стены. Без возражений, без обиды, без лишних движений. Хорошо. Значит, тон я взял правильный.

В этот момент в голове лениво щёлкнуло:

«Господин Морн, я могу подстраховать вашего младшего брата…»

«В смысле, подстраховать?»

«Просто он сейчас в таком состоянии, что лучше за ним приглядывать. Если каналы начнут беспокоить или ядро снова зажжётся — я почувствую это раньше вас и смогу подать сигнал.»

Я мысленно хмыкнул. А ведь дело говорит, усатая морда.

— Действуй, — кивнул я.

Себастьян в один прыжок оказался на кровати и улёгся Феликсу на грудь. Свернулся плотным клубком и заурчал — ровно, низко, на одной ноте.

«Вот и хорошо. Только вы там не затягивайте… день сегодня какой-то долгий…»

Алиса проследила за котом взглядом, повела бровью, но уточнять ничего не стала.

Я подтянул свободный стул, развернул его задом наперёд и сел верхом напротив Алисы, сложив руки на спинке.

— Алис, — начал я. — У нас с тобой сейчас одна задача: вытащить твоего жениха из той ямы, в которую он сегодня свалился. Я расскажу, что я уже сделал, что собираюсь делать дальше, и что для этого должна делать ты. Ты слушаешь, не перебиваешь, а в конце задаёшь вопросы. Договорились?

— Договорились, — кивнула она.

Смотри-ка, даже не попыталась возмутиться по поводу моего тона. Просто проглотила без вопросов и сидит с видом прилежной девочки. Вот ей богу, аристократка до мозга костей — момент чувствует просто идеально. Главное, чтобы и остальной мой посыл тоже поняла.

— У Феликса утром пробудился родовой огонь Морнов. Раньше срока. Ядро не было готово, его начало выжигать изнутри, каналы пошли в разнос. Вы молодцы, что послали за мной, потому что если бы я опоздал минут на пятнадцать, мы бы сейчас разговаривали не о том, как ему помочь, а о том, какие цветы уместны на похоронах младшего наследника Дома Морнов.