— Сегодня. Прямо сейчас. — Я судорожно сглотнула слёзы, комок воздуха и животный, первобытный ужас. Всё это рухнуло на дно желудка застывшей ледяной глыбой. — Возле упавшей секвойи.

То, что последовало дальше, слилось в смазанную вспышку: звонки по внутренней связи, сорвавшиеся с мест стражи и абсолютно жуткое, леденящее душу зрелище — Майка Кэмпбелл, Джунипер Беккер и Фабиан Мендоса, в единую секунду окутавшиеся невидимым покровом смертоносной угрозы.

Неизвестный враг подбирался к их альфе. К их лучшему другу. Майка уже поднял по тревоге всех стражей без исключения — и тех, кто нёс дежурство в укрытиях, и тех, кто пережидал грозу дома с семьями. Приказ был один: немедленно выдвигаться к точке, где рухнула секвойя, прочесать квадрат, найти Реми и вырезать затаившихся врагов. Стена ливня играла против них, и это вряд ли было простой случайностью: шторм выбрали как идеальное прикрытие для удара.

— Он собирается кому-то позвонить! — крикнула я всем, кто был в комнате. Тело колотила крупная дрожь, потому что для моей искалеченной памяти в Реми уже выстрелили. Я уже видела его окровавленным, беспомощным, зажатым в кольцо, и взвинченные нервы наотрез отказывались отличать настоящее от грядущего. — Он наберёт кого-то из вас, так что велите ему убираться оттуда со всех ног! В него выстрелят ровно в тот момент, когда он будет говорить по рации!

Шифтеры с мертвенно-серьёзными лицами синхронно кивнули и бросились врассыпную. Близняшки замерли у дверей общего зала.

— Я пойду через Сильвер-Пайн, — бросил Фабиан.

Не дожидаясь ответа, он перекинулся на ходу и выметнулся сквозь распахнутые двери прямо в бушующую грозу. Его золотистый хвост тут же растворился в сплошной завесе воды.

— Я срежу через Мунфолл. — Джунипер уже на бегу скидывала с ног тяжёлые ботинки. — Я знаю там пару схронов с аварийными запасами, он мог направиться к одному из них.

Майка коротко кивнул. Я зажмурилась в тот миг, когда трансформировалась Джунипер: её одежда ещё не успела коснуться пола, а сама пума уже растворилась во тьме бури.

Я так и осталась стоять столбом у распахнутых дверей, заламывая пальцы, пока не осознала, что Майка не двигается с места. Он лишь с бешеной скоростью вбивал команды в коммуникатор.

Почувствовав мой взгляд, бета весь подобрался:

— Я не смогу взять его след. Я не… — Желваки на его скулах окаменели. — В детстве я потерял обоняние.

Его лицо исказила неприкрытая мука.

Его чудовищные шрамы… Пожар. Огонь, должно быть, начисто сжёг носоглотку и обонятельные рецепторы.

— Я помогу тебе. — Едва я произнесла эти слова вслух, как адреналин бешеным потоком ударил в кровь. Я метнулась к вешалке у входа и сорвала один из непромокаемых дождевиков: — Я видела то самое место, где всё случится. Стоит мне увидеть его наяву, и я сразу его узнаю.

Саммер решительно шагнула вперёд:

— А я смогу взять его след.

— Не мелите чепухи, — отрезал Майка.

— Я смогу! В прошлом году во время паводка именно я отыскала троих пропавших детёнышей. Ты прекрасно это знаешь! — Саммер смотрела на бету со стойкостью, вызывавшей искреннее восхищение, совершенно наплевав на его бешенство и исходившую от него глухую враждебность: — Пожалуйста, позволь мне помочь. Позволь мне…

По тому, как предательски дрогнул её подбородок, мы все поняли: дело было не только в Реми.

— Доверься ей, — попросила я Майку. — У неё всё получится.

Майка был громадным, смертельно опасным шифтером, но против заплаканной девочки-подростка с обнажёнными нервами он оказался абсолютно безоружен. К тому же было кристально ясно: оставаться не у дел он и сам не собирался. Он грязно выругался — так, что я невольно моргнула, — и ткнул в Саммер тяжёлым предупреждающим пальцем:

— Смотри, чтобы мне не пришлось об этом пожалеть. — Палец тут же переместился на меня: — Идёте следом за мной и беспрекословно выполняете каждый мой приказ.

Мы обе торопливо закивали. Я прекрасно понимала, что в его словах не было ни грамма снисходительности или мужского высокомерия — лишь голый здравый смысл. Саммер было всего пятнадцать, а у меня, если вынести за скобки психические видения, не имелось ровным счётом никаких навыков для выживания в диком лесу посреди свирепой бури.

— Он меня со свету сживёт, — процедил Майка, глядя, как я торопливо застёгиваю дождевик. — Мне конец. Я труп.

Я ободряюще улыбнулась ему, хотя внутри меня всю трясло, как желе:

— Мы как раз и идём туда за тем, чтобы сегодня никто не умер.

В ответ он наградил меня своим фирменным взглядом из серии «Ты совсем с катушек съехала».

— Будьте осторожны, — тихо попросила Нун. Мы обменялись короткими взглядами, напомнившими мне о том, о чём мы говорили всего несколько минут назад.

А затем мы шагнули в темноту леса — прямо навстречу буре.

***

Майка шагал вплотную ко мне, подхватывая под локоть всякий раз, когда свирепые порывы ветра и ливня норовили сбить меня с ног. Саммер бежала впереди в облике пумы, непрерывно принюхиваясь на каждом шагу. Её песочная шерсть от воды потемнела до грязно-бурого оттенка.