Я уже потянулся к сумке с документами, чтобы ещё раз изучить бумаги Александра Гранта, когда снаружи раздался стук.

— Ну конечно, — пробормотал я. — А я ведь почти успел расслабиться.

Шум воды в ванной не прекратился. Кристина, похоже, либо не услышала, либо сделала вид, что происходящее за пределами её водного рая временно не существует. Честно говоря, я её понимал.

Стук повторился, пришлось реагировать. Потому я поднялся, поправил одежду, проверил, на месте ли документы, и направился во двор. По пути успел придумать три варианта катастрофы. Первый — нас раскрыли. Второй — пришли настоящие знакомые Александра. Третий — местные стражи всё-таки решили уточнить, почему приглашённый инженер управляет каретой сам, как человек, которого жизнь ненавидит.

У калитки стоял мальчишка-посыльный. Лет пятнадцать, в аккуратной серой куртке с нашивкой городского управления, с кожаной сумкой через плечо и маленьким металлическим жетоном на груди. Увидев меня, он выпрямился так резко, будто его учили делать это перед каждым, кто потенциально мог пожаловаться начальству.

— Господин Грант? — спросил он.

Я выдержал короткую паузу. Главное — не откликаться слишком радостно. Люди обычно уверены в собственном имени. Даже если украли его пару часов назад.

— Да.

Посыльный поклонился и протянул плотный конверт.

— Доставка от распорядителя турнира.

— Благодарю.

Я взял конверт. Бумага оказалась дорогой, плотной, с золотистым тиснением по краю. На клапане стояла восковая печать с гербом: башня, камень и что-то похожее на шестерню, обвитую листьями. Выглядело настолько солидно, что мне сразу захотелось вернуть письмо и сказать, что Александр Грант уехал в неизвестном направлении. Естественно, я не поддался секундной слабости.

— Ответ требуется? — спросил я.

— Нет, господин. Все участники турнира уведомлены заранее. Присутствие ожидается.

Вот это слово мне особенно понравилось. Ожидается. Не «желательно» или «обязательно». А именно ожидается. Мягкая форма приказа для людей, которые привыкли считать себя свободными.

— Я понял, — кивнул я.

Посыльный снова поклонился, развернулся и быстрым шагом направился по своим делам. Я проводил его взглядом, подождал, пока он скроется за поворотом, и только после этого вернулся в дом.

Конверт вскрыл уже в гостиной. Внутри лежал лист с аккуратным текстом и тем же гербом вверху. Почерк оказался ровный, почти печатный. Или не почерк вовсе, а результат какого-то местного устройства, что с учётом развития этого города вполне возможно.

Я пробежал глазами первые строки, а потом вернулся к началу и прочитал внимательнее.

— Так-так…

К завтрашнему вечеру барон Патрик Стоун приглашал участников турнира инженеров на торжественный банкет во дворце. Перед официальным открытием состязаний. Явка, конечно, не называлась обязательной, но текст был составлен так, что отказаться мог только человек, уверенный в собственной неприкосновенности. Я к таким людям не относился, по крайней мере, в данный момент.

Из ванной донёсся плеск воды и довольный вздох Кристины. Кажется, у кого-то день резко стал лучше. У меня же — наоборот, обрёл новые перспективы. Дворец барона, местная инженерная элита, и я среди них в роли равного им, человека, о котором знал примерно три факта: он инженер, он мерзавец и сейчас, возможно, убегает по древнему комплексу от оживших големов. Прекрасная легенда, надёжная, как табуретка на болоте. Я сел в кресло и ещё раз посмотрел на приглашение.

— Завтра вечером, значит.

В голове сразу всплыли неприятные вопросы. Что надеть? Как себя вести? Кто знает настоящего Александра? Насколько Белла была известна среди участников? Почему этот турнир вообще собирают перед лицом барона, и что именно здесь будут проверять? А главное — как долго я смогу изображать приглашённого инженера, прежде чем кто-нибудь задаст вопрос, на который нельзя ответить наглым выражением лица?

Я перевёл взгляд на браслет. Красная точка на приглашении не появилась. Видимо, древний интерфейс пока не считал светские мероприятия инженерной задачей. Очень зря. Иногда выжить на банкете сложнее, чем закрыть вентиль у реактора. Я откинулся на спинку кресла и усмехнулся.

— Ну что ж, Александр Грант. Похоже, самое интересное скоро начнётся.

И почему-то я был почти уверен, что к завтрашнему вечеру успею пожалеть о своём появлении в этом месте.

Я решил занять свободное время с самого доступного — изучения самого дома. В конце концов, если уж меня занесло в город, где даже холодильник выглядел как результат брака между магией, инженерией и очень дорогим вкусом, было бы преступлением не воспользоваться случаем. Особенно когда на руке имелся браслет, который явно считал окружающие устройства пищей для размышлений.