Шрифт:
— Брат Мартин, вы же знаете, между своими уместнее без чинов. Лишние церемонии, вредят общему делу. А милость земных властителей не должна застилать вам глаза. Тем более, что добиться расположения Лоренцо было несложно. Ордену это стоило двух свитков Платона. Причём один слегка обгорел в пожаре, а другой немного погрызли мыши. Но ничего! Из двух подпорченных свитков вполне можно будет собрать один годный, восстановить текст и явить его миру вновь.
Глава ордена улыбнулся так обаятельно, как мог только настоящий уроженец Флоренции, скрывающий за добродушием ещё множество нюансов самых разных чувств.
— Да, мы живём в удивительное время. Люди собирают обломки древнего знания, и складывают их, наполняя совершенно новым качеством.
— Вы зрите в самую суть, брат Мартин, — согласился с ним глава ордена. — на вас так повлияло посвящение в высший круг? Это очень хорошо.
— Не столько посвящение, сколько та книга. Прошло уже полгода, но меня временами продолжает трясти от возбуждения, как подумаю, что это его рука. Он был свидетелем, и видел всё это своими глазами.
— Нет, это не его рука. Подлинник первого кодекса брата Александра был утрачен, когда Рим разграбили готы Алариха. Но к тому времени уже существовало не менее пяти копий. Одну из них, созданную при Константине Великом, вернее, её фрагмент, я и позволил вам прочесть.
— Так это не всё?
— Разумеется, нет. Полный кодекс «Natura Bestiarum» из ныне живущих читали трое. Всё дело в том, что в последней его трети откровенность брата Александра достигла… кхм… «пределов допустимого». И по настоятельной рекомендации папы Григория Третьего, от коей отцам ордена отмахнуться было нельзя, полные списки трактата стали доступны лишь высшим посвящённым. Но может быть, брат Мартин, когда-нибудь прочитаете их и вы.
— Значит, существует ещё треть?
— На самом деле больше. Новопосвящённым доступны лишь первые главы трактата, те, что отредактированы ещё братом Корнелием. Там в глаза бросается неоднородность стиля.
— Да, я заметил. Отдельные страницы читаются легче.
— Слог брата Александра несколько грубоват, — улыбнулся кардинал, — и он, что досадно, всегда писал с ошибками.
— Признаться, мне и отрывка хватило за глаза, чтобы мой взгляд на мир перевернулся. А как Святой Престол относится к его содержанию?
— Дорогой мой, последним наместником Святого Петра, осведомлённым о существовании трактата, был Анастасий Библиотекарь. А после его проклятия и низложения ни один папа более о книге даже и не слышал. Об этой, кстати, тоже.
Кардинал протянул брату Мартину увесистый том. Новопосвящённый благоговейно принял её и осторожно раскрыл. Первая страница содержала миниатюру, на которой был изображён мужчина в далматике, он держал в руке миску и явно что-то раздавал из неё целой очереди страдальцев с костылями, перевязанными головами и руками. В ногах у мужчины свернулся в клубок серый кот.
— Как ваша поездка на родину? — спросил кардинал, — в добром ли здравии Альжбета?
— Всё хорошо, сестра велела вам кланяться. От письма Зои не удержала слёз. Упрашивала меня взять её с собой, очень хочет повидать дочь.
— Сейчас не время, — покачал головой кардинал, — местонахождение Зои должно и дальше оставаться в тайне, пока мы не выясним, что с её братом. Следы вашего племянника по-прежнему затеряны в Московии. Мы не можем рисковать девушкой. Без брата она слишком уязвима.
Мартин поклонился, показывая, что повинуется и принимает решение старших. С отрочества он готовил себя к тому, что ежели у его сестры Альжбеты родятся близнецы, что не раз случалось в их роду, ему надлежит жизнь положить заботе о них. Но дети были разлучены в хаосе падения Константинополя и это стало большим ударом для ордена. Зою удалось спрятать, но никто не знал, где её брат и жив ли он.
— Однако я вас пригласил для дела. Этому списку, — кардинал кивнул на книгу, — триста лет. Никто не может сказать, что побудило автора, брата Бенедикта, вставить в начало сию умиротворяющую сцену, но не обманывайтесь. Это очень жестокая, страшная книга. Здесь есть несколько выдержек из тайных глав «Natura Bestiarum», ибо первосведения брата Александра в данном вопросе просто не имеют цены. Хотя значительная часть собрана другими.
— Первосведения? — переспросил брат Мартин.
— О нечестивой магии крови, — сурово проговорил кардинал, — я поручаю вам новое дело. Надо ехать в Валахию. Там… что-то происходит. Что-то нехорошее, и я сейчас вовсе не про эти ужасные казни. Нечто весьма меня настораживающее творится с самим господарем Владом.
— Что вас смущает? Разве внук Мирчи Старого не добрый христианин, хотя и схизматик? Я слышал, он недавно щедро пожертвовал монастырям на Афоне. А в монастыре Говора на его деньги отлили новый большой колокол.