— Это не делает передозировку разумной.

— Убедил.

Прошёл по боковой жиле правее него, и дал короткий активный импульс «Черепного Камертона» в кварц позади животного.

Один.

Слабее калибровочного, но достаточно, чтобы Змей почувствовал источник.

Он изменил направление, двинувшись к перешейку.

— Вибрационный профиль не соответствует естественной фауне, — сварливо заметил Архивариус.

— Сейчас ему явно не до этого.

Змей вполз в узкий участок. Первая треть, середина… Боковые пластины почти касались кварца.

Третий дротик был наготове.

— Дистанция восемь метров.

— Вижу.

— Семь.

Змей остановился. Плохо.

Его передняя часть приподнялась, а призменные блохи начали уходить с «морды»:

— Он снова заряжается, — Арх озвучил очевидное.

— После двух доз?

— Лазерный орган имеет частично автономную регуляцию.

— Конечно имеет.

Змей начал разворачиваться прямо в перешейке. Пластины заскребли по кварцу. Третьего чистого выстрела может не получиться.

Я сделал то, чего делать совсем не хотелось — вышел на открытую поверхность.

Магнитные подошвы ударили по кварцу сильнее, чем стоило бы.

Змей мгновенно замер, а потом «голова» начала поворачиваться ко мне.

— Григорий Алексеевич…

— Знаю.

— Вероятность разряда растёт.

— Знаю.

— Ваше правое плечо…

— Тоже знаю.

Я сделал ещё шаг вперёд, а Змей чуть развернулся. Хвостовая пластина приподнялась, и под ней появилась тонкая тёмная щель.

— Есть!

Призменные блохи бросились врассыпную, и тут я выстрелил. Третий «Таксидерм» вошёл в стык.

Одновременно раскрыл «Вдову»:

— «Отдача»!

Газовый импульс отбросил меня к потолку, точнее, противоположности того, на чём я только что стоял.

Лазер прошёл ниже, но слишком близко. Левую подошву обдало теплом даже через броню. Магнитный держатель ноги не выдержал и отключился.

Меня ударило о свод, развернуло, и понесло дальше.

Страховочный трос не мог помочь — снял, когда обходил Змея по боковой жиле. Не осталось ничего иного, как новым импульсом газового движителя развернуться прямо по месту, выбросить вперёд левую руку и поймать край кварцевого ребра.

Зацепиться оказалось не за что, пальцы соскользнули. Правой рукой хвататься не стоило — плечо уже предупреждало, что следующее надрывное усилие станет последним.

Механическая правая нога нашла стену. Шип выстрелил из подошвы и вошёл в трещину. Тело дёрнулось. Плечо всё равно отозвалось болью, но я остался возле стены.

— Третья доза введена на тридцать семь процентов, — сказал Архивариус.

— Дальше?

— Клапан закрыт. Остаток препарата остаётся в дротике.

— Реакция цели?

Пауза.

— Быстрое снижение координации.

Змей попытался двинуться, но что-то у него пошло не так. Тело медленно выгнулось в перешейке. Однако внутреннее свечение лазерного органа не погасло. Наоборот, оно стало неровным и пульсирующим.

— Мне это не нравится.

— Мне тоже, — откликнулся Арх, изучив видимую картинку.

— Что происходит?

— Вероятно, седатив нарушает управляющую связь, но накопитель органа остаётся заряженным.

— Может выстрелить рефлекторно?

— Вероятно, да.

Призменные блохи не вернулись, а значит опасность оставалась.

От греха подальше я не приближался к туше. Змей лежал поперёк прохода, почти прозрачный. Внутри его тела медленно двигалась светлая жидкость. Отдельные мышечные пластины сокращались без общей координации. Передняя часть ещё держалась над полом, когда лазерный орган вспыхнул…

Разряда-выстрела не последовало, свечение начало спадать.

Увидел, что одна Призменная блоха вернулась на переднюю пластину, за ней вторая, третья…

— Вот теперь мне нравится больше.

— Активность органа снижается. Накопленный заряд рассеивается через кожные контуры.

— Сознание?

— Некоторая реакция на внешние вибрации сохраняется, но ослаблена.

Для проверки поднял с пола маленький кварцевый осколок и бросил в стену в трёх метрах от головы Змея.

Удар. Вибрация. Передняя пластина едва заметно дрогнула. Но не повернулась.

Ещё один осколок. Ничего.

— Глубина седации?

— Увеличивается. До стабильного плато потребуется от двух до четырёх минут.