— Как жаль, что Антон умер столь молодым. Его ждало великое будущее, — заявила княгиня, когда тишина в салоне стала уже совсем давящей.

— Не стоит идеализировать умершего, — возразил я. — Антон свою жизнь пропивал и проигрывал в карты, более ничем не интересуясь. Даже воровал он, чтобы покрыть свои карточные долги. Какое у него могло быть великое будущее? Грабителя императорской сокровищницы?

— Так ее говорят, уже ограбили, — сказал Поварков. — Писали же, что пропала Хартия.

— А еще реликвия и императорские атрибуты, — подтвердил я.

Княгиня от удивления приоткрыла рот.

— Этого не может быть, — уверенно сказала она, когда пришла в себя. — Императорская сокровищница считается самым защищенным местом. Не было ни одного случая ее ограбления.

Потому что никто не обращал внимания на щели между полом и дверью.

— Предполагают, что и это не было ограблением, а ценности вывезены императорской семьей, готовившей платформу для отступления, — озвучил я официальную версию.

— Для какого еще отступления? Куда отступать императорской семье? Они — вершина.

— Их семья была поставлена нашими предками для соблюдения интереса всех. Нынешние же решили упразднить институт князей вместе с княжескими семействами. Взрывы реликвий — их рук дело.

У княгини опять открылся рот и ни в какую не хотел закрываться. Мне даже показалось, что она тайком себя ущипнула — не спит ли еще. Мало ли какие галлюцинации навевал ей целительский сон.

— Правление императора отменено, — добил ее Поварков. — Княжеский Совет остался и дополнился Регентским Советом. Так сказать, триумвиратом из Петра Аркадьевича, Молчановского и Симукова. Так что Петр Аркадьевич теперь — представитель верховной власти империи.

— Хороша империя без императора, — буркнула она и замолчала на весь остаток дороги, даже не выразив уверенности, что на моем месте должен был быть Антоша.

Наверное, пыталась обдумать информацию, вступавшую в противоречие с привычным ей укладом. У меня тоже желания общаться с ней не было. Я обдумывал, каким образом получить нужную мне информацию по Проколам у патриарха, но таким образом, чтобы не я остался им должен, а они — мне. А еще лучше, чтобы должным не остался никто никому. Равноправный обмен услугами или информацией. Помогли друг другу — и забыли.

В Святославске я высадил княгиню из вертолета. Она величественно кивнула на прощание, как будто ежедневно путешествовала с такой скоростью на таком транспорте, и невозмутимо прошла в дом, не обменявшись со мной больше ни единым словом. Поварков и сиделка со мной вежливо, но скомканно попрощались и заторопились за княгиней.

Я же решил завернуть к Щепкиным извиниться за похищение дочери и заодно взять ее вещи, потому что вариант, когда моей супруге приходится делиться своим гардеробом то с княгиней, то со Щепкиной, мне вообще не нравится.

Парковать вертолет рядом с домом было негде, поэтому меня высадили, и вертолет опять набрал высоту, зависнув над домом Щепкиных в ожидании, когда я выйду.

Ольга Станиславовна на меня за похищение не обиделась. Возможно, потому, что завершилось оно благополучно и действовал я в интересах в том числе и Анастасии. Меня забросали кучей вопросов начиная от того, как мне удалось уговорить девушку, и заканчивая тем, как она себя чувствует, будучи замужней дамой. Про магию Щепкиным пока не сообщали, поэтому Ольга Станиславовна выразила надежду, что у детей магия точно будет.

Визит получился несколько скомканным, потому что я торопился возвращаться в Камнеград, а к Щепкиным зашел лишь за вещами. Мне следовало им позвонить из Камнеграда, но и без того собрали два чемодана в рекордные сроки. Как выяснилось, один Анастасия даже не распаковывала после возвращения сюда из моего дома.

Старший Щепкин так и не вышел в гостиную, но не думаю, что он затаил на меня обиду. Просто дело было уже к ночи, а он начал отмечать брак дочери с утра. Вот и не находил в себе сил на дополнительные действия.

Вещи Анастасии вытащил из дома и загрузил в вертолет щепкинский лакей, которому я выдал за работу обнаружившуюся в кармане монетку, после чего залез в вертолет сам и наконец скомандовал взять курс на Камнеград.

На обратном пути я размышлял, не попытать ли удачи со скверником попроще, из запасенных в стазисных контейнерах. Вдруг повезет и найдется кто-то, способный рассказать, как происходит переход на ту сторону и возвращение на эту. Надеяться, что пойму интуитивно, не стоило. Но и тратить более невосполняемый ресурс для напитывания реликвий на эксперименты не хотелось. От простого вопроса скверник не должен умереть. Но кто сказал, что для них вопрос Прокола — простой. Вдруг как раз на нем и стоит маячок для срабатывания.