Я вычёркиваю его из своего календаря, закрашивая чёрным.

Лия"

Мои глаза пекут от бессонницы, но я не могу уснуть.

Я лежала всю ночь, слушая ровное сердцебиение мужчины, что заставил меня потерять покой. Это казалось безумием, прыгать с крыши небоскрёба без парашюта, надеясь, что не разобьюсь, но другого выхода не было.

Правда прожигала мою плоть, слой за слоем, словно кислота, обнажая оголённую душу. Он узнает всё, я поклялась себе. Ради него, ради Максима.

И будь, что будет.

Повернувшись к Киру лицом, я рассматривала его, пытаясь запомнить его образ, сейчас, когда он так близко и одновременно так далеко. Его ресницы слегка подрагивали, и мне стало интересно, что ему сниться? Был ли это обычный кошмар, или ему сниться та злополучная авария? Как он пережил те годы, когда ноги не работали, а мир казался ему предателем?

Как он жил без меня?

И почему он решил всё за меня?

Но и сейчас это было не главное, не для меня.

Когда первые лучи солнца прокрались сквозь приоткрытые шторы, я шумно выдохнула.

Сегодня.

Я это сделаю сегодня.

Протянув руку, едва коснулась его лица. Щеки и подбородок Кира были покрыты колючей щетиной, но мне так нравилось касаться их. Не удержавшись от соблазна, с приподнялась, и коснулась его подбородка губами.

С моих уст едва ли не вырвался стон наслаждения, и хотя бессонная ночь оставила отпечаток, думалось с трудом, я заставила себя встать и пойти в ванную, оставив этого прекрасного мужчину, досыпать в одиночестве.

Сняв с себя одежду, я встала под горячую воду, с решительным настроем привести себя в порядок. Аромат геля для душа смешался с шампунем, заполнив пространство фруктовыми нотками и ванилью. Капли стекали по моему телу, снимая усталость и возвращая силы, которые мне сегодня точно понадобятся.

Шум разбивающихся капель о плитку успокаивал, и вымыв в очередной раз волосы, я закрыла глаза, наслаждаясь этим моментом.

Я не услышала, как открылась дверь, лишь почувствовала нежное касание, после чего шершавая ладонь легла на мой живот. Мои глаза распахнулись, и, развернувшись в капкане чужих рук, я посмотрела на Кира.

— Что ты делаешь? — успела я прошептать, перед тем, как он притянул меня ближе и впился своими губами в мои. Его ладони блуждали по моему телу, и я подалась ему навстречу, давая свое молчаливое согласие.

" Привет.

Вот и настал тот момент, когда я вручу тебе свою душу и своё сердце, и только от тебя будет зависеть, что будет с нами после того, как ты прочтёшь эти письма.

Прошу тебя лишь об одном, прочитай их все.

После смерти тётушки Рут, я нашла твои письма... И впервые прочитала их только сейчас. Я знаю теперь твои мотивы и твою правду.

Узнай же ты теперь мою...

И хотя каждое моё письмо было написано для тебя и передано тётушке Рут, у меня нет ни единой мысли, почему они так и не дошли до тебя.

Почему тётушка Рут так и не передала их тебе.

То, что ты узнаешь, повергнет тебя в шок, но я надеюсь, что ты не возненавидишь меня. Могла бы я сказать, что стала жертвой, но не могу. Как бы мне ни было больно, тётушки Рут больше нет с нами, и я не хочу пачкать память о ней грязными домыслами.

Пускай же всё будет так, как уже идёт. Я буду ждать тебя. Тут, в Астурии, ещё три дня...

Я люблю тебя, Кир...

Надеюсь, ты поймёшь меня... и этот март не станет нас судить...

Твоя Лия"

Эмилия упаковывала использованные инструменты после осмотра Максима в контейнер с красной наклейкой. Благо никаких осложнений она не обнаружила, и радостно сообщила мне, что он идёт на поправку.

— Теперь твоя очередь, Лия. Ляж, пожалуйста на живот, чтобы я могла осмотреть твою спину, — надевая новую пару стерильных перчаток, скомандовала мне. — Как ты себя чувствуешь сейчас?

— Хорошо, — ответила я, выполняя её просьбу. — Уже вчера никакой боли не чувствовала, и готова покорять мир.

Её руки легли на мою спину и принялись массировать мои мышцы, расслабляя их.

— Вот тут, что-то чувствуешь? — нажимая сильнее, спросила она.

— Дискомфорт есть, но никакой боли.

— Отлично, а тут?

— Тоже.

— Тогда отлично. Можешь нормально вставать, но я попрошу тебя ещё поберечься. — сделав шаг назад, Эмилия дала мне сесть и устроилась рядышком. — Не поднимай ничего тяжёлого, и не перетруждайся.

— Договорились.

— Лия, — тихо обратилась ко мне Эмилия, — возможно я лезу не в своё дело, но я хотела бы спросить, между вами с Киром всё хорошо?