Шрифт:
Я медлю.
— Нет.
Как и мой брат, его жена тоже не верит моей лжи.
— Я чувствую, что что-то не так, — настаивает она. — Ты расскажешь, или мне угадывать?
Ее поддразнивание вызывает у меня улыбку.
— Попробуй угадать.
— Мм, — она делает вид, что задумалась. — Кажется, я поняла.
— Сомневаюсь, — отвечаю я, все еще улыбаясь сквозь остатки слез.
— Это связано с каким-то парнем?
Сколько лет я ни знаю Грейс, я все равно уверена, что у нее какие-то странные экстрасенсорные способности.
— Типа того, — признаюсь я, слыша, как она посмеивается. — Все странно. Не то чтобы он мне нравился или что-то такое…
— Ну конечно.
Сердце начинает биться быстрее.
— Мы с Бет сделали глупость, и теперь между мной и этим парнем неловко. Думаю, я ему вообще не особо нравлюсь, так что да.
— Во-первых, кто вообще может тебя не любить? Ты сокровище. А во-вторых, мне можно узнать, в чем заключалась эта глупость? Или это слишком унизительно?
— Определенно унизительно, — вздыхаю я, отодвигаясь на деревянной скамейке. Солнце светит мне в лицо, и я закрываю глаза, позволяя теплу высушить слезы на коже. — Бет решила, что мне нужно хотя бы попробовать вернуться к свиданиям, и каким-то образом уговорила меня завести профиль в одном приложении. Если коротко, я свайпнула человека, которого знаю, и теперь между нами неловко.
Ни за что на свете я не скажу ей, что этот «парень» — мой физиотерапевт. Только через мой труп.
Грейс, предательница, начинает откровенно смеяться.
— Да, это довольно ужасно.
— Спасибо, — сухо отвечаю я.
— Ой, Мэдс, ты же знаешь, я шучу, — говорит она, и в голосе еще слышны отголоски смеха. — Ты с ним об этом поговорила?
— Я извинилась за свайп, потому что, ну… это даже не я была, — объясняю я. — Он сказал, что все в порядке, но я не знаю.
— Если он сказал, что все в порядке, значит, так и есть. Он ведет себя с тобой нормально?
Если «нормально» — это угрюмо, то…
— Да.
— Ну вот и ответ. Значит, все хорошо.
Я фыркаю.
— Обожаю твой оптимизм, Грейси. Он мне сегодня был нужен.
Ее голос смягчается.
— Ты можешь звонить мне в любое время, солнышко. Обещаю, я не расскажу твоему брату про этот провал с приложением для знакомств.
Фух. Я люблю Сэмми, но иногда он бывает чересчур опекающим папой-медведем-братом. Кого я обманываю? Всегда.
Ради собственного душевного равновесия я решаю сменить тему.
— Как продвигается новая книга?
Когда в детстве я только начала ходить на терапию, пытаясь справиться с тем, что родители нас бросили, я не раскрывалась. Я не понимала собственных чувств, теряясь в громких голосах в голове. Хотя я всегда любила брата, переезд от родителей к нему насовсем был слишком запутанным для четырехлетнего ребенка.
Пока мой терапевт не попробовал новый подход.
Именно через книги и персонажей, которые переживали то же, что и я, я наконец начала исцеляться. Была одна история — про маленького лисенка, который переехал жить к старшей сестре в лес после того, как родители ушли в очень долгий охотничий поход. Она помогла мне принять новую реальность.
— Все идет хорошо, — отвечает Грейс. — Дедлайн через две недели, я живу на кофеине и почти не сплю, но жаловаться не буду.
По мере того как я продвигалась в терапии, Грейс вывела свою карьеру детского автора на новый уровень. Она объединилась с несколькими терапевтами, которые специализируются на библиотерапии, и начала писать книги по самопомощи для детей и подростков.
У нас дома целая коллекция ее книг, и Лайла знает их наизусть. От согласия и страхов до темы усыновления — Грейс писала о многих сложных вещах так, чтобы дети и подростки могли понять и почувствовать отклик.
Проще говоря, Грейс — настоящий ангел на земле.
Я усмехаюсь.
— Скажи, пожалуйста, что Сэмми у тебя на кофейном дежурстве.
— Кофе, стирка, продукты, посуда… — перечисляет она, потом довольно вздыхает. — Честно говоря, я бы без него не справилась.
— Муж года, — дразню я, зная, что будь такая номинация, он выигрывал бы ее каждый год. Мой брат слишком хорош для этого мира, и я рада, что рядом с ним женщина, которая достойна его так же, как он — ее. — Созвонимся по видео на выходных, да?
— Конечно. Береги лодыжку. Я тебя люблю.
— Я тебя тоже люблю. И передай Лайле, что я ее люблю.
— Она сейчас в школе, но я скажу, когда вернется.
Я улыбаюсь, представляя сияющие глаза племянницы, когда мама скажет ей, что сегодня говорила со мной. Я по ней скучаю больше всех, по этой крошке.
— Ладно. Я люблю вас всех.
— И мы тебя любим, Мэдди.
Когда я заканчиваю разговор, во мне поселяется новая решимость. Может, Грейс права. Может, любви и правда недостаточно, если это все, что есть.