— Вначале мы должны сделать ставку.

— Сделать ставку? — переспросила Эдера.

— Да. В этой шкатулке миллион долларов. Мы можем поставить все сразу, а можем частями. Как вам заблагорассудится.

— Мне?! — изумленно вскинула брови Эдера.

— Ну да, вам. Ведь играть будете вы.

— Но деньги-то ваши! И деньги огромные.

— Бросьте. Об этом не думайте.

— Как это не думать?! Это же целое состояние.

— Для одного миллион состояние, для другого... — сеньор Маркони бесшабашно захохотал, — в общем... играйте.

— Так что же... я должна... сделать? — заплетающимся языком переспросила Эдера.

— Ставку. Давайте вначале сделаем ставку.

Эдера, сама не понимая для чего, взяла небольшую прозрачную шкатулку и подвинула ее на цифру «8».

Сеньор Маркони с удивлением взглянул на женщину.

— Так вы, оказывается, не так уж и робки?

— А что?

— Нет-нет, ничего. Поступайте так, как считаете нужным.

— Я уже сделала ставку? — уточнила Эдера.

— Да,— и сеньор Маркони посмотрел на крупье.

Тот, едва сдерживая волнение, трижды кивнул.

— Ставка принята.

— Они поставили миллион! Целый миллион!

— Миллион долларов!

— Боже, сколько же это миллиардов лир?!

— Ну и ну!

— Такого здесь давно не бывало,— зашептали, заговорили разом игроки и зеваки, обступившие Эдеру и сеньора Маркони.

Эдера вопросительно посмотрела на сеньора Маркони. Тот пожал плечами.

— Я что-то должда сделать еще?

— Конечно, вы еще должны сделать самую малость — бросить кость.

— И все?

— Да, и все.

— А что будет потом?

— Потом мы либо выиграем, либо проиграем.

— Как? Можем проиграть миллион?

— Да, конечно. Ведь мы же их поставили. Если хотите, можете отложить игру, но мне, кажется, лучше бросить кость.

— Бросить кость... — Эдера прикрыла глаза, раздумывая, принять ей участие в том, что предлагает сеньор Маркони или отказаться, пока не поздно.

В ее душе кипели безудержные страсти. Разные чувства боролись в ней.

— Вы должны всего бросить кости и выиграть,— сказал сеньор Маркони.

— Но знаете, я боюсь, — вполне искренне ответила Эдера.

— Но ведь вчера вы бросали, и удачно. Право, не стоит бояться. Вперед, вперед, не робейте, — сеньор Маркони склонился и прошептал последние слова на ухо Эдере.

Та сжала тяжелые кости в руке.

— Вы должны выбросить семерку или одиннадцать. В принципе это одно и то же. Семерку или одиннадцать.

— Вы говорите семерку или одиннадцать? — нервно переспросила Эдера.

— Да. Но мне кажется, что вы кое-что забыли, — улыбнувшись, сказал сеньор Маркони.

И тут Эдера вспомнила, она поднесла кости к лицу и легонько коснулась их краешком губ, затем крепко зажмурила глаза и швырнула кости на стол.

Не открывая глаз, Эдера ждала...

Зал разразился бурными криками. Эдера боялась открывать глаза, хотя уже и догадалась, что произошло. Она ждала, что скажет крупье. Но того опередил сеньор Маркони. Он громко и отчетливо сказал:

— Вы выиграли, — но в его голосе не было особенной радости.

И тут Эдера услышала звон жетонов. Все, кто стояли возле стола, бросились почему-то поздравлять Андреа. Мужчина в пестрой шелковой рубашке буквально повис у него на шее и заорал:

— От такой жены, приятель, отказываться нельзя. Поверь, нельзя! Ты должен сделать все, чтобы она сама не ушла от тебя.

— Да о чем ты, приятель! — воскликнул Андреа.

— Я говорю, береги ее. Она удачлива, как бог.

В криках, толчее и сумятице никто не заметил, как распорядитель с остервенением раздавил в руке пластиковый стакан, и не обращал внимания на то, что желтая сладкая жидкость сочится сквозь его пальцы и капает на черные до блеска начищенные туфли.

Зрители, собравшиеся у стола, за которым играли в кости, неистово ликовали. Они подпрыгивали, хлопали в ладоши, обнимали друг друга, постоянно приговаривая:

— Миллион!

— Целый миллион! Представляешь?!

— Это надо, чтобы такое случилось здесь в казино!

Мужчина в пестрой шелковой рубашке даже пританцовывал. Его лицо стало красным, на висках вздулись жилы. Серьга с бриллиантом поблескивала в ухе.

— Ну, приятель, у тебя не жена, а просто чудо. Это надо же, чтобы такое случилось и на моих глазах! Если бы кто-нибудь рассказал мне, что можно вот так вот швырнуть кости и выиграть миллион — не поверил бы ни за что.

— Да ну что ты! — вполне миролюбиво выкрикнул Андреа. — Это же Эдера, а не кто-нибудь другой.