— Какие неприятные люди, — сказала она уже на улице. — Почти как Куликовы.

— Почему почти? Мои родственники ничем не уступают твоим, — гордо сказал я.

— И не поспоришь, — рассмеялась она.

Уйти далеко мы не успели. Из конторы нотариуса вырвалась взбешенная Ольга Константиновна, завывающая как пожарная сирена. Оба ее сына молчали, но выглядели возмущенно-озабоченными. Не подвела их родная бабушка — подкинула гадость. Правда, гадость предназначалась мне, но это мелочи. Уверен, для бабушки не было разницы, кого настигнет возмездие, если это был не ее любимый Антоша.

Ольга Константиновна замахала руками как ветряная мельница, и к ней подъехал извозчик, которому она громко на всю улицу сообщила адрес, где ранее проживала Мария Алексеевна. Боюсь, ее там тоже ожидает неприятный сюрприз: прислуга упаковала все личные вещи княгини, к которым относилась только одежда, поскольку всё ценное было либо продано, либо находилось в залоге. Так, дом отошел к Беляеву вместе с мебелью и картинами. Самого Беляева там пока не было, только его представитель, договаривающийся с прислугой о работе на новую княжескую семью. Не думаю, что на Беляевых откажутся работать. Новый князь уж точно окажется щедрее старого.

Я был уверен, что Ольгу Константиновну больше сегодня не увижу, но ошибся. Явилась она в наш городской особняк буквально через час, заставив меня пожалеть, что я не убрался из столицы.

— Как это понимать? — прошипела она мне в лицо.

— Что именно?

— Ты повесил на нас долги твоей бабушки.

— Она и ваша мать, если вы не забыли. И уж она точно участвовала и в вашем воспитании, и в поддержании вашего благосостояния.

— Я это так не оставлю. Я до императора дойду.

— Бога ради. А от меня чего вы хотите?

— Ты должен выплатить долги. Это долги Вороновых. Мы к ним отношения не имеем. Почему мы должны их выплачивать?

— Потому что вы приняли наследство и вместе с имуществом получили и долги? — предположил я.

— Нет там никакого имущества, кроме старых тряпок, — пренебрежительно отозвалась она о гардеробе собственной матери. Не таком уж плохом гардеробе, между прочим. Наверняка что-то себе забрала. — А долги есть. И делала их не только моя мать, но и мой племянник. Твой кузен, между прочим.

Она уставилась на меня с видом требовательным, но неуверенность там тоже проскакивала.

— Не будете же вы требовать от меня выплатить долги Антона при условии, что их часть он набрал, чтобы заказать мое убийство?

Это оказалось перебором даже для нее, и уже не с таким пылом Ольга Константиновна сказала:

— Но долги бабушки ты должен оплатить.

— Которые она делала, чтобы погасить долги Антона.

— На всё у тебя отговорки. — Она сморщила лицо и притворилась, что собирается рыдать: — Почему мы должны оплачивать еще и их долги? У нас своих хватает. Их, кстати, неплохо было бы тоже тебе погасить, тогда суд наверняка отнесется к тебе со снисхождением.

— Ольга Константиновна, вы сейчас уйдете из моего дома и больше никогда не вернетесь.

— Я в газеты обращусь, пусть все знают! — агрессивно выкрикнула она.

— Что вы получили наследство от Марии Алексеевны, но хотите, чтобы ее долги выплачивал я? Уверен, среди имущества найдется чем их погасить. Всё же какие-то драгоценности после Марии Алексеевны остались.

— Но я их хотела бы сохранить на память о матери, — перешла она на просящий тон. — Петр Аркадьевич, оплатите хоть что-то. Нам же еще на что-то жить надобно.

— У вас два взрослых сына, — напомнил я.

— Именно, — обрадовалась она. — Вы не представляете, сколько у них трат. Они люди благородные, им нужно соответствующе одеваться, ходить в определенные заведения и производить правильное впечатление. А это всё деньги, и немалые.

— Пусть идут работать, — предложил я.

— Работать? — вытаращилась она на меня, выпучив глаза, как краб. — Да вы с ума сошли. Работать, скажете тоже. Я их не для того рожала, чтобы они портили осанку в какой-нибудь заштатной канцелярии. Они аристократы, должны соответствовать.

— Армия вас тоже не устраивает? — уже с интересом спросил я.

— Разумеется. Там грубые и невоспитанные люди. А мои сыновья выросли в аристократическом обществе, — тоном, которым разговаривают с умалишенными, пояснила она. — У них непременно должен быть свой доход.

— Удачи вам в его поиске, — прохладно сказал я. — Выгодно жениться — это тоже непросто, Ольга Константиновна.

— Вот именно, Петр Аркадьевич. — Она прижала руки к груди. — Кто бы мог знать, что вы такой понимающий. Право слово, я сожалею, что не познакомилась с вами раньше. Мы родственники, должны поддерживать друг друга. Вы устраиваете у себя балы?