Шрифт:
— Барби? — Я прекрасно знала вкусы Джоша.
— Именно. — Он открыл дверь и посторонился, пропуская меня в коридор квартиры, которая была точь-в-точь как у нас, но с зеркальной планировкой. — Уокер! К тебе пришли! — Он повернулся ко мне: — Если с ним вдруг не срастется… — Он обезоруживающе улыбнулся. — Меня зовут Джаггер.
Я попыталась не обращать внимания на подкат. Это было сложно, так как Джаггер явно был мастером флирта.
— Очень приятно, Джаггер.
— Мне тоже. — Он высунул язык, и я увидела, что у него пирсинг.
— Джаггер, отстань от Эмбер, пожалуйста.
У меня перехватило дыхание. Я шумно выдохнула.
Джош стоял, привалившись к стене и скрестив щиколотки. На нем были серые фланелевые пижамные штаны, свободно державшиеся на бедрах. Достаточно потянуть вниз, и…
Я раскрыла рот, не в силах ничего с собой поделать. Он был без рубашки. Под покрытой татуировками бархатистой кожей перекатывались мышцы. Я помнила вкус его кожи. При мысли об этом бедра пронзили электрические разряды. Даже просто находясь с ним в одной комнате, я начинала думать, что идея Сэм «развлечься с кем-нибудь» не так уж и плоха.
— Еще один повержен в прах [6] , — пробормотал Джаггер и оставил нас наедине.
Джош не шевелился: ждал, что я сделаю первый шаг. И я его не винила: как-никак, это я посылала очень противоречивые сигналы. И он не знал, чего от меня ждать.
Я подошла и встала так близко, что пришлось чуть приподнять голову, чтобы заглянуть ему в глаза. Я чувствовала исходивший от него слабый запах сандала. Я стояла, неотрывно глядя на него, и не могла сказать то, что должна была. Как объяснить то, чего я сама не понимала? Его карие глаза прожигали меня насквозь, но мне не хотелось, чтобы это прекращалось.
6
Отсылка к хиту «Another One Bites the Dust» группы Queen.
Он потянулся ко мне и взял за подбородок.
— Десембер?
Я молчала, боясь сболтнуть лишнего. Губы хотели одного, а голова другого. Сердце ускорилось, дыхание сбилось. Я положила щеку ему на ладонь, повернулась и вдохнула его невероятный запах. Тело Джоша покрывали капельки воды: он только что вышел из душа.
Блин. Я хотела его. Хотела, чтобы он прижал меня к кровати, дивану, кухонной столешнице. Я нуждалась в этом парне. Мне нужен был только Джош и больше никто.
И я набросилась на него — схватила за затылок и прижалась губами к его губам. В этот раз не было ни предисловий, ни ласковых просьб. Просто наши губы яростно сомкнулись, и мы были к этому готовы. Я впустила в рот его язык — и Джош застонал. Его руки скользнули по моей спине, сжали ягодицы и приподняли меня. Он развернулся и прижал меня к стене.
Да. Именно это мне и нужно.
Мои пальцы вцепились в его влажные волосы. Мне хотелось притянуть его как можно ближе. На вкус он был как клубничное мороженое, и я представила, как оно капает ему на живот, а я слизываю капли… Я невольно застонала и прижалась к нему бедрами.
Его фланелевые штаны ничего не скрывали.
Он оторвался от моих губ и скользнул языком по шее. Я отпустила его голову и расстегнула молнию на кофте. Он приподнял меня выше — мышцы на его руках напряглись, и ожил узор татуировки. Я коснулась губами его ключиц, выгнула шею и ударилась затылком о стену, чуть не уронив картины. Я посмотрела на него сверху вниз — он покусывал меня и тут же успокаивал место укуса ласковым поцелуем. Когда он поднял голову, его глаза были такими темными, что я едва различала зрачки. Он жаждал меня.
Что ж, по крайней мере, мы хотели одного и того же. Я зажала его лицо в ладонях, наслаждаясь бархатистостью его свежевыбритой кожи.
— Джош, — прошептала я.
Его глаза расширились, и я в них утонула. Он опустил меня ниже, прижался, и от его восхитительной близости мне захотелось стянуть с него штаны ногами. Джош вновь поцеловал меня, и все мысли улетучились.
Я не могла заставить себя оторваться от его губ. Он то ускорялся, то замедлял темп, и я никогда не могла предсказать, что будет дальше. То отдавал мне контроль, то полностью брал все в свои руки. Какие-либо рациональные мысли стерлись, осталась лишь одна: как скорее его раздеть. Хотелось увидеть, куда ведут эти линии на его животе. Я скользнула руками по его груди, провела ладонью по животу и нащупала край штанов. Поддела резинку. Хотелось во что бы то ни стало его почувствовать, коснуться его нежной кожи…
Он застонал, продолжая целовать меня, точь-в-точь как тогда, в Брекенридже. Это был самый сексуальный звук, который я когда-либо слышала.
— Десембер… — Он коснулся лбом моего лба и прерывисто задышал. — Больше всего на свете я хочу отнести тебя в спальню, но, боюсь, ты хочешь не этого.
Минуточку. А чего я, собственно, хочу?
О боже. Я же практически напала на него в коридоре его квартиры! И это после того, как сама неоднократно просила его не спешить! Да что со мной не так?
Я спрятала лицо в ладони.
— Боже, что я творю?
Он ласково убрал мои руки.
— Действительно, что ты творишь? — В его глазах теперь читалась не страсть, а сочувствие. Такому Джошу я точно не могла противостоять.
— Пришла извиниться за то, как с тобой обращалась. За противоречивые сигналы… — Я рассмеялась. — Но вместо этого набросилась на тебя, так что теперь придется извиняться еще и за это.
— Ты жалеешь, что набросилась на меня? — Он улыбнулся, и у меня снова подкосились ноги.