Мы начали прочесывать периметр и вскоре стало ясно, что весь комплекс строился всерьёз и надолго. Это бросалось в глаза, когда мы вошли в ближайшее крупное здание, судя по всему, элитную казарму для личной гвардии верхушки Консорциума.

Внутри было на что посмотреть. Роскошная деревянная мебель, массивные резные шкафы, дорогие картины, гобелены на стенах… Но всё это великолепие стояло нетронутым, только покрылось плотной коркой искрящегося инея; беспощадный холод тундры поселился здесь сразу же, как только погасли магические обогреватели. В комнатах в идеальном порядке лежали личные вещи и предметы искусства, каждый из которых по оценке Системы тянул на десятки, а то и на сотни золотых монет.

Картина выглядела жутковато. Создавалось неприятное впечатление, что гарнизон не сбегал в панике, побросав в спешке пожитки, а просто встал и вышел.

— Рассредоточиться и обыскать каждый метр первого этажа! — скомандовал бойцам, выходя из промерзшей казармы.

Я старался держать себя в руках, но внутри всё сжималось от глухого раздражения. Мои самые паршивые опасения подтвердились: Малин испарился, утек, как вода сквозь пальцы.

— Даже если этот гномий ублюдок сбежал, он не мог забрать с собой всё. Ищите документы, карты, записи, любая зацепка может вывести на его новый след.

Крестоносцы безмолвно разошлись по бескрайней пустоте круглой башни. Их плечи опустились, боевой азарт, гнавший вперед сквозь тундру, бесследно испарился, глаза потухли. Парни банально устали, а надежда на то, что наша затяжная война сегодня наконец-то завершится, и мы сможем наконец-то вернуться домой к своим семьям, рассыпалась в прах. Перспектива еще долгие месяцы, а то и годы прочесывать Валинор вдоль и поперек, выискивая затаившегося криминального босса и ошметки его Консорциума, давила на психику похуже любой проклятой ауры.

Однако, как выяснилось чуть позже, первоначальная чуйка Корвина, сравнившего это место с могилой, оказалась ближе всего к истине. Чем глубже мы продвигались в недра этого исполинского сооружения, тем больше находили доказательств его слов.

Убежище Малина не было заброшено, его превратили в гробницу.

В какой-то момент по моей спине пробежал неприятный липкий холодок, не имеющий абсолютно ничего общего с морозом тундры. Я привык к опасностям, к крови и смерти в открытом бою, привык убивать и хоронить, но эта тишина… Она казалась гнилой, неестественной. Мое охотничье чутье уже не просто сигналило об опасности, а буквально вопило сиреной в мозгу; мы ввалились в место, где привычные правила резко поменялись, мутировав во что-то темное и откровенно зловещее.

В одном из особняков на первом этаже башни мы наткнулись на роскошный большой зал, но как только распахнули массивные двустворчатые двери, из темноты пахнуло таким концентрированным зловонием смерти, что все инстинктивно отшатнулись. Даже пронизывающий холод, который, по идее, должен был законсервировать запахи, не спасал. Плотная тошнотворная вонь запекшейся крови и вскрытых внутренностей реально физически ударила по рецепторам.

Превозмогая подкатывающую к горлу тошноту, стиснул зубы, шагнул за порог и, не целясь, выпустил в кромешную тьму зала Пульсирующую Стрелу.

Ослепительные вспышки света вырвали из мрака картину, от которой мой мозг на секунду просто завис.

Я вывалился обратно в коридор, прислонился спиной к ледяной стене и несколько раз глубоко вдохнул, пытаясь унять подкатывающую к горлу тошноту. Перед глазами все еще плыли темные круги.

За время, проведенное на Валиноре, я успел повидать немало: сражения с монстрами, кровавые стычки, смерть в самых разных ее проявлениях. Многое из увиденного до сих пор возвращалось в ночных кошмарах, но то, что открылось в пульсирующем свете навыка… Это гарантированно займет первое место в моем личном хит-параде ужасов.

Вокруг величественного, богато украшенного трона, застыв в нелепых подобострастных позах, выстроились десятки тел. Целая толпа слуг, судя по одежде, превращенная в жуткую ледяную свиту. Их убили хладнокровно и методично — быстро, по одному, не оставив ни единого шанса. Кровь успела пропитать роскошный ковер и замерзнуть, сковав его в единый темный наст. Мужчины в ливреях, женщины в чепчиках, сгорбленные старики… Всех их просто пустили в расход без какой-либо причины.

Корвин, чье лицо приобрело пепельно-серый оттенок, хрипло скомандовал и повел внутрь группу самых матерых, закаленных в боях крестоносцев, но судя по тому, как побледнели их лица и сжались челюсти, даже бывалые ветераны оказались не готовы к такому зрелищу.

Отлепившись от стены, я глубоко вдохнул ледяной воздух, собрал волю в кулак и заставил себя вернуться в зал. Обходя по краю промерзший наст, я внимательно осмотрел погибших, но никаких дополнительных улик или объяснений произошедшему здесь безумию обнаружить не удалось.

— Они умерли почти мгновенно, никаких следов борьбы или сопротивления, — глухо пробормотал Корвин, останавливаясь рядом со мной. — Всё сделано чисто, одним движением. Учитывая разницу в характеристиках, убийца должен был быть на несколько порядков выше их по уровню, чтобы провернуть всё так гладко.