После этого я начал убирать следы ритуала с земли.

— Петь, — тронул меня лапой Валерон. — У тебя еще великая княгиня осталась и княжонок.

— Пусть пока в контейнере полежат, — ответил я. — Потому что, если они тоже умрут, а у нас ничего не принято, начнутся свары по наследству.

— Они и так начнутся, — возразил он. — Захотят захапать реликвию.

— Которая нашлась среди такого количества трупов? — хмыкнул я. — К ней будут опасаться лишний раз прикоснуться. Решат, что Ольга Юрьевна с сыном испугались и сбежали.

— Из потайной комнаты, из которой выход только в сам дворец?

— Должен же кто-то будет оставить незакрытым вход…

— Довод, — энергично кивнул Валерон. — Продуманный ты, однако. Почти как я. Еще пару лет — и без меня справишься.

— Без тебя? Без тебя я никогда не справлюсь.

— Правильно, что ты это понимаешь. Так. Я выплевываю подушки, трупы и реликвии и оставляю маленькую щелочку?

— Еще императорские регалии, — напомнил я. — Пусть в одном месте будут.

— Сопрут, — страдальчески сказал Валерон. — Как есть сопрут. Не удержатся. Я бы не удержался.

— Предлагаешь метки поставить?

— Было бы неплохо, — признал он. — Тогда хоть знать будем, у кого лежит.

На реликвию метка не встала, соскальзывала, как будто передо мной находится нечто нематериальное, а вот на регалии всё встало как надо. Не пропадут теперь. Хотя я и без того сомневался, что их захочет кто-то присвоить, поскольку все эти предметы появлялись в руках у того, кто привязывал к себе реликвию. Бессмысленная кража получается.

Убирал я в щадящем режиме, чтобы ничего не спалить. Кровь просто высохла и отшелушилась, а потом я ее смел Вихрем. Больше ничего не напоминало о том, что здесь не так давно случилось. А случилось ни много ни мало — государственное преступление с убийством высших лиц государства. И тем не менее оно должно было пойти государству на пользу, потому что иногда нужно без жалости отсекать раковую опухоль, чтобы та не поразила остальные органы. Афишировать свое участие в спасении я, разумеется, не буду, потому что, чтобы представить это иным образом, даже стараться не придется, достаточно упомянуть метод, каким все это было сделано.

Замок я аккуратно повесил на место. После чего замел все следы снаружи и отправился домой.

Валерон появился минут через пять после меня.

— Всё разложил, — сказал он с тяжелым вздохом. — Аж сердце заболело, когда я подушки раскладывал.

— Какое сердце? Ты даже не совсем материальный.

— И что? У меня теперь ничего не может болеть внутри? — возмутился он. — Я тоже чувствую, между прочим. И могу страдать и мучиться. Пришлось утихомиривать боль парой кресел и кроватью с балдахином. Посчитают, что тайно унесли великая княгиня с сыном.

— Разумеется, все, кто тайно покидают дворец, забирают с собой мебель, чтобы быть как можно незаметнее.

— Пусть сами тогда придумывают, — обиделся он. — И вообще, пойду я отдыхать. День был тяжелый. И я устал, хотя, как ты говоришь, я и не совсем материальный.

— Спасибо, Валерон, — спохватился я. — Твоя помощь неоценима.

— Только спасибо? — подозрительно прищурился он.

— Возьми в вертолете коробку конфет, — предложил я. — В стазисном контейнере. Только торты не бери. У нас вечер музыки намечается. К чаю подадим.

— Музыка и еда несовместимы. Это неуважение к искусству, — сказал Валерон перед исчезновением. Похоже, торт музыкального вечера не дождется. Ну и ладно. Сгонять за новым можно быстро, а у меня самого после сегодняшнего дня тошнота и желание забыть детали. Если Валерон такое заест тортом, я ему только позавидую.

Я же отправлялся спать, уверенный, что кошмары мне будут сниться не хуже, чем когда в вертолете над Проколом летал. Создавал бы фильмы ужасов по этим сюжетам — озолотился бы.

Но Наташа рядом сыграла роль громоотвода, ничего плохого не приснилось. Правда, и хорошего тоже поутру не припомнил. Но противоположное было бы странно после такого вечера. Я к власти вообще никогда не стремился, мне было бы достаточно делать свои автомобили для счастья, но у жизни на меня другие планы. И к ним надо готовиться.

Поэтому после завтрака я отправился на Птосе в зону — и подкачаться, и ингредиентов набрать. Хотелось узнать результаты вчерашнего, но сидеть и ждать неизвестно чего смысла не было. Потому что на щель могли не наткнуться долго, вход по описанию Валерона был не на проходе, а в глубине императорских покоев. Вопрос: как часто их теперь убирают, если они никому пока не нужны. На него ответа у меня не было, но я надеялся, что с обнаружением не затянется.

Перемещался я по зоне Гуляевых. Больше за кристаллами с целительскими навыками для Наташи, но и Скверну просматривал. Вдруг с навыком контроля попадется. Даньшина сказала, что ситуация у Надежкина плачевная, а его магическая структура настолько расшатана прорывающейся неконтролируемой Скверной, что даже без учета клятвы великому князю Надежкин может умереть. Клятва нынче более не важна, но остальное со счетов не сбросишь, и тянуть с этим тоже нельзя — дальше ситуация разве что ухудшится.