Private-Bookers
День герцогини
вернуться

Маклейн Сара

Шрифт:

— Боже мой, — прошептал он. — Ты стала ещё прекраснее, чем прежде.

Он приподнял её подбородок, открывая шею, и припал губами к коже прежде, чем она успела смутиться или отвернуться.

Сера ахнула. Ощущение было восхитительным, до боли знакомым. В ответ Малкольм снова издал глубокий, звериный рык, словно больше не мог сдерживать желание.

Она запустила пальцы в его волосы, погрузив их в кудри на затылке, и медленно, ласково погладила его круговыми движениями — именно так, как он любил.

Ещё один рык.

Господи, как же ей нравились эти звуки!

А затем его руки оказались у застёжек её пелерины. Он принялся расстёгивать пуговицы, распахнул ткань и добрался до фестончатого края платья, вырез которого был чуть глубже, чем следовало, а само оно сидело слишком туго, особенно теперь, когда Сера едва могла дышать.

Припав губами к её уху, он шептал дерзкие, восхитительные слова. Те самые, которые она запрещала себе вспоминать долгими одинокими ночами.

— Я помню, как к тебе приходит наслаждение, Ангел…

Его длинные ловкие пальцы скользнули под корсаж, словно обещая нечто восхитительное.

— Помню, как ты сама тянешься к нему.

Он остановился чуть выше напряжённого соска, и Сере захотелось закричать от нетерпения.

— Помню, как ты мямлишь, колеблешься и делаешь всё возможное, лишь бы не сказать мне прямо, чего хочешь.

Его слова пронзили её насквозь, напомнив о той женщине, которой она когда-то была. В это время он осторожно прикусил мочку её уха, угрожая довести её до безумия одним лишь наслаждением.

Он был прав. Рядом с ним она всегда робела, боялась сказать слишком много, опасаясь показаться распущенной. Боялась потерять его.

Но она всё равно его потеряла.

И теперь он и без того считал её распущенной.

Он сам превратил её в такую женщину.

Поэтому, когда Сера отстранилась, чтобы встретиться с ним взглядом, в её глазах уже не было ни тени прежней робости. Веки отяжелели от желания, которое, она знала, охватило и его, но она не покраснела и не стала колебаться.

Она потянула за маленький бантик, стягивавший платье, и немного ослабила ткань. Затем накрыла ладонью его руку, всё ещё неподвижную, но полную обещания, и сама направила её. Прижала к себе. Позволила ему взять то, что хотела отдать добровольно.

Малкольм снова зарычал, и от этого звука по её телу прокатилась волна немыслимого наслаждения, достигнув самой глубины её существа.

— Сера, — произнёс он, и в одном этом слове столкнулись недоверие и желание.

Она скользнула губами по его щеке, пока он приподнимал её грудь, словно проверяя её тяжесть на ладони.

— Я помню, как к тебе приходит наслаждение, герцог, — повторила она его слова. — Помню, как ты сам тянешься к нему. Хочешь, я скажу тебе, чего желаю на этот раз?

Он выругался — тихо, хрипло, с откровенной чувственностью, — и Сера приняла это за согласие.

— Я хочу, чтобы ты прикасался ко мне.

Он тут же исполнил её желание, медленно проведя большим пальцем по коже.

— Я хочу, чтобы ты целовал меня.

Малкольм не стал медлить. Наклонившись, он взял в рот кончик её груди и принялся ласкать его губами и языком, пока Сере не показалось, что она вот-вот умрёт от наслаждения. Он ласкал её, пока она не начала задыхаться и извиваться в его объятиях, обхватив одну его ногу своей, а он всё так же прижимал её к двери.

Когда его рука скользнула к её лодыжке и он опустился перед ней на колени, Сера понимала, что должна его остановить.

Но прошло так много времени.

Слишком много времени с тех пор, как кто-то прикасался к ней. Слишком много времени с тех пор, как к ней прикасался он.

И вот её юбки уже были подняты, одна нога лежала у него на плече, пальцы Серафины зарылись в его волосы, а его губы коснулись её с восхитительной уверенностью.

Она вскрикнула от прикосновения, от его напора, от наслаждения и обещания, заключённого в этом мгновении. Обещания не только того, что происходило сейчас, но и всех мгновений, которые могли последовать за ним.

Её крик смешался с его стоном, когда он прижался губами к самой нежной, влажной и чувствительной части её тела — той, что так истосковалась по нему, была готова принять его ласки и отчаянно в них нуждалась.

Его язык…

Сколько раз она лежала в темноте, вспоминая его язык? Сколько раз представляла себе эти уверенные, настойчивые движения, о которых не позволяла себе думать днём?

Он ласкал её умело и твёрдо, находя каждое место, которое тосковало по нему, и пальцы Серафины всё крепче сжимались в его волосах.

  • Читать дальше
  • 1
  • ...
  • 57
  • 58
  • 59
  • 60
  • 61
  • 62
  • 63
  • 64
  • 65
  • 66
  • 67
  • ...

Private-Bookers - русскоязычная библиотека для чтения онлайн. Здесь удобно открывать книги с телефона и ПК, возвращаться к сохраненной странице и держать любимые произведения под рукой. Материалы добавляются пользователями; если считаете, что ваши права нарушены, воспользуйтесь формой обратной связи.

Полезные ссылки

  • Моя полка