И кажется, это желание сбудется быстрее, чем мне хочется. Вернулся Сайрус.

— Встали.

— Я не могу встать, — честно сказал я.

Он молча взял меня за шиворот и поставил.

Ноги держали. Плохо, на честном слове, с трясущимися коленями, но держали. Я сделал два шага и чуть не сел, а на третьем Сайрус подтолкнул меня в спину, и это оказалось эффективнее любых уговоров.

— Куда?

Ответа не было. Был Корн, который упирался, сворачивался вдвое дольше обычного и говорил всё, что думает про наёмников, которые тащат в разлом полутруп и старика. И был Сайрус, который на это не отвечал вообще, а просто шёл сзади и время от времени подталкивал.

Трещину он выбрал шагах в двадцати, ближе к краю густоты. Огромную, синеватую, с запасом размера от габаритов Тики-така раза в два.

И так быстро выбрал, что я даже забыл попросить выбрать тот, где есть рывок. Вот же блин!

Корн подхватил меня под плечо, но с его огромным ростом это было совсем неудобно.

— Давай, пару шагов.

Я их сделал.

Внутри был лес.

Белые стволы деревьев стояли ровными квадратами, шагов по десять между соседями, гладкие, в мой обхват и толще, совсем без ветвей и листьев. Они уходили ввысь и терялись в молочном свете, который лился сверху и не имел источника. Я бы сказал даже что это столбы, если бы не структура древесины, которую было видно по причине отсутствия коры и не тот факт, что они сужались с высотой. Но ощущение было что это не лес, а словно гигантские зубочистки, воткнутые в землю, по углам клеток на огромном листе бумаги. Земля была плотная, утоптанная и по ней от каждого ствола расходились толстые корни, наполовину торчащие, так что идти приходилось перешагивая.

Слева и справа, через пару рядов деревьев, стояла стена тумана. Такая же, как в волчьей арене, судя по виду.

Пять квадратов в ширину. А в длину — сколько угодно.

Этот разлом я всегда старался пробежать как можно быстрее, потому что от него, по большому счету, были одни убытки. Ну, точнее зерно у босса хорошее было, одно из трех, но далеко не во все билды. А вот добычи почти никакой из-за специфики местных тварей.

— Необычно, да? — спросил я.

— Да… — Корн, явно завороженный видом, даже не обернулся.

Меня усадили к стволу дерева, и я начал рассказывать, стараясь не частить. Ноги всё еще держали плохо. Я мог сидеть, есть и дойти до соседнего ствола, если не торопиться, и на этом всё. Зато голова работала, и ощущалась очень ясной. Мне даже вспоминать что-то было проще, чем раньше.

— Всё, что тут живёт, — деревяшки. Или дендроиды, кто как называет. У самого входа мелочь, пеньки, E-ранг, вот такие. — Я показал ладонью на уровне колена. — А дальше они просто увеличиваются в размерах. Самые крупные, C-шки, будут мне выше головы. И в конце босс, B-ранг, то же самое, только раза в три больше.

— И как их бьют? — спросил Корн.

— По-хорошему, никак. Их поджигают. Они довольно медленные, и обычно я просто бежал до босса, закидывал его огненными зельями и потом просто прятался до тех пор, пока Босс не сгорит. Мелочь ещё можно рубить. С C-шками сложнее, и об этом я потом отдельно скажу.

У алхимика зажглись глаза, и я сразу понял причину.

— Ингредиентов для зелий тут как таковых нет. Ничего не растет, только эти стволы. — разрушил я его надежды.

Я задумался, как объяснить дальше. В игре трупы можно было лутать, и с них падало несколько древесных жил, если речь о D и E рангах, а с С падали древесные сердечники, которые получались путем объединения пятидесяти жил. И вот с них можно было делать зелье на прирост к силе. Временный, конечно. Но как их добывать из реальных пней? Рубить их, как дрова, и обследовать всё, что внутри?

Решил не говорить раньше времени. Вдруг тут что-то пойдет не так, и отделять эти жилы не получится?

— Тогда предлагаю пока побыть здесь, пока ты не придёшь в норму. — Высказался старик.

Сайрус на это ничего не сказал, что означало согласие. Он ушёл вперёд рядов на десять, постоял там, вернулся и показал на квадрат между четырьмя стволами, ничем не отличавшийся от полусотни соседних.

— Тут.

Тики-тик встал спиной к стволам, и Корн начал разгружаться. Мешки, скатерть, ступка, горелка, перегонный куб, свёрток с флаконами, доска для резки, и всё это раскладывалось в порядке, который понимал он один. Через десять минут между корней у него была мастерская.

Я собирался ещё поспорить. Не хотелось так бездарно терять время, и планы по прохождению хотелось обсудить. Но в итоге я сам не понял, как уснул.

Проснулся я оттого, что затекла шея.

Привычно огляделся. Свет сверху совсем не изменился, и по нему нельзя было понять, сколько прошло времени. Корн сидел на корне(дерева), помешивал что-то в котелке, под которым горел костер и выглядел глубоко задумавшимся.

— Сколько я спал?

— Почти сутки. — Он посмотрел на меня поверх котла. — Я тебя дважды будил поесть, ты ел и ложился обратно. Не помнишь?

Я этого начисто не помнил. Зато сел без помощи рук, а потом встал, и мир при этом даже не качнулся.

Ци: 1125/1125. Мана: 1500/2100.

Полторы тысячи. За сутки круг должен был налиться под завязку, а он не налился.

— Мастер Корн. У меня мана еле идёт.

— Тут фон жидкий, — сказал он, не отрываясь от котелка. — Снаружи, в поле, меня чуть не сдуло, а здесь как в погребе. Я со вчерашнего вечера половины не набрал.

Ну хоть дело не во мне. Слабость была, но она стала другой. Как будто я вчера хорошенько вымотался и спал чуть меньше положенного. Удивительно, что спал я при этом так долго, но и ладно.