Шрифт:
— Излишне торопитесь, шевалье, — прохладно ответствует маркиза. — Не с первой минуты, а дальше — посмотрим. Пока «Ваше сиятельство».
— Прекрасный вечер, Ваше сиятельство.
Мы неторопливо шествуем по каменной дорожке к самой благоустроенной конюшне. Там содержатся самые лучшие особи. Выездные и парадные.
Вечер действительно прекрасен. По небу лениво ползут редкие облака, подсвеченные красным со стороны заходящего солнца. Воздух, напоенный запахом скошенной травы и ароматами близкого сада, вдыхается лёгкими с огромным удовольствием.
— Правда замечательный. И почему-то комаров, таких надоедливых летом, нет.
Хмыкаю. Хвастаться не стану.
— О, смотрите-ка, прекрасно выглядит, — Эвелина ласково поглаживает шею выглядывающей из загородки лошадки.
Затем девушка протягивает руку в мою сторону и требовательно шевелит пальцами. Не сразу, но в следующее мгновенье догадываюсь.
— Варнак, есть что-нибудь? — мой верный секретарь постоянно поодаль, но рядом.
Шарит в сумке и вытаскивает морковку, которая транзитом через мои руки и ладошку маркизы перекочёвывает кобылке в зубы. Та с удовольствием хрупает.
Небрежно погладив Марту напоследок, Эвелина направилась к выходу. Мне ни слова, вроде как я сам должен за ней собачкой бежать. Хмыкнув, иду, но не торопясь. Впрочем, настигаю, когда она ополаскивает руки водой из бочки. Гигиену соблюдает, одобряю. Опять требовательно протягивает руку. Вздыхаю. Что-то мне это надоедать начинает. Но платок даю и принимаю измятый и повлажневший обратно.
— Посидим в саду, Ваше сиятельство? — я обязан проявлять инициативу, но слабо надеюсь, что откажется.
Закон Мэрфи срабатывает и на этот раз. Согласно ему маркиза соглашается. Располагается на скамейке в беседке, вольготно раскинув руки по перилам. Сажусь напротив, вызвав в прекрасных девичьих глазах мимолётное неудовольствие.
— Мне мама почему-то сказала, что вы, шевалье, выгодная партия. Не подумайте, я вовсе на вас не целюсь. Но простите, вот смотрю на вас и не пойму, где она выгоду увидела? Вы же не лорд! Даже не барон!
— Почему бы вам маму не спросить, где она увидела выгоду? Откуда я знаю, что вам интересно? Нет, я понял, что, прежде всего обширные владения, но, полагаю, список выгод не ограничивается одним пунктом.
— Титул, например, не последнее дело.
В некоторых вопросах девушка, видимо, совсем деревянная. Или слабо информированная. Маги в ранге гроссмейстера автоматически становятся титульными графами. Как правило, и поместье дают. А мне до гроссмейстера осталось… да ничего не осталось.
Три дня назад по дороге через лес я что-то почувствовал. Остановил своих, углубился в лес. Не очень далеко. Увидел, как из земли в одном месте поднимается слабое сияние. Неотступный Варнак ничего не заметил. Сияние имело слегка вытянутую форму. Хапнул я этой магической энергии столько, что у меня голова закружилась, а в груди глухо бахнуло. Устрашиться не успел, потерял сознание.
Очнулся на руках испуганного Варнака.
— Милорд, как вы?
Глянул внутрь, всё ли в порядке. Порядок оказался иным, источник вырос пугающим скачком. И что-то подсказало, что магичить в ближайшую пару дней надо осторожно. Или совсем не стоит. Раньше при переходе на следующий ранг подобного не было. Или я не замечал. Почти уверен, что стал гроссмейстером. С формальной проверкой пока погожу.
То место силы я заглушил. Опасны они, из-за них войны начинаются.
Так или иначе, титул графа от меня в шаговой доступности. Гроссмейстер, строго говоря, не совсем граф. К ним даже обращаются иначе: экселенц. Многие спорят, чему это соответствует — графу или князю.
Моя семья в этом деле мне никак помешать не может. Вот только на службу к королю мне несильно хочется. Так что поглядим.
— С этой точки зрения мой брат Хендрик выглядит намного выгоднее. Виконт, наследник, маг воздуха. Правда, пока средней силы, учится в Академии.
Глазки маркизы блеснули явно заинтересованно, а я продолжаю:
— Наше графство сильно расширилось в последнее время. За счёт южных степей. Один из баронов, вассалов отца, в ближайшие годы наверняка станет графом. Изрядно земель хапнул. Мой отец автоматически станет герцогом. Хендрик даже при его жизни может стать графом. Если не получится, титул маркиза у него всё равно в кармане.
— Вот о ком моей маме надо было рассказывать, — маркиза пеняет на родительницу.
— Вынужден оговориться. Я не очень высокого мнения о своём братце, поэтому рекомендовать его не буду. Но познакомить могу, если хотите.
— Познакомьте, шевалье. Он ведь в столице?
— Нет. Приедет только осенью, когда занятия в Академии начнутся.
Когда возвращаемся в особняк, маркиза выносит вердикт:
— С таким братом вам трудно конкурировать, шевалье. Кстати, можете называть меня маркизой, так и быть.