Шрифт:
Стэн.
Спокойно лечь спать мне не дали. За четверть часа до отбоя слышу шум, крики, приближающийся топот и грохот кулаков в дверь. Подхожу с опаской и с ней же сдвигаю защёлку.
О дурости человеческой знаю не понаслышке, поэтому не просто так отпираю дверь, а надёжно упёршись рукой. Хвалю свою предусмотрительность. Дверь от мощного напора не бьёт меня по лбу, зато аналогичной частью тела в неё втыкается Медхен. Чувствую прямо умиротворение в душе — за глупость расплачивается её создатель, а не кто-то, к ней непричастный. Как, к сожалению, случается сплошь и рядом.
Непрерывные крики, состоящие из двух слов «шевалье» и «быстрее» и набора невнятных междометий, обрываются глухим двойным стуком. Чем-то она ещё ударилась. Голове-то урона точно не будет, остальное вылечим, если что.
Поспешать за Медхен оказалось неудобным. Быстрым шагом не успеваю — она всё-таки стремительно (по её мнению) несётся — а бегом сразу обгоняю. Но дороги-то не знаю! Пока приноровился, мы уже прибываем на место.
Бледный и голый по пояс герцог лежит у кровати. Асфанская бестолково суетится рядом, предлагает мужу лечь в постель.
— Как ты, дорогой? — наверняка не первый раз спрашивает.
Герцог отмахивается. Не может говорить? Ладно, сейчас разберёмся. В таких случаях главная трудность часто не в самой помощи, а в нейтрализации окружающих.
Быстро опускаюсь рядом, накладываю руки на грудь герцога. Контакт не обязателен, но с ним легче.
— Шевалье, что с ним?! Он будет жить?! — в моё плечо судорожно вцепляются цепкие пальцы.
Хотел было отправить её в обморок, но находится решение менее радикальное:
— Герцогиня, вам не помешает одеться.
Пальцы, как и их хозяйка, тут же исчезают из поля зрения. Можно работать. Срываю с кровати подушку, подкладываю край под голову Асфанскому.
«Типичный инфаркт, силы чуть ниже среднего», — предок доводит диагноз, когда я уже в Тени. Что делать, знаю. В моём присутствии такого не случалось, но последствия видел несколько раз. Быстро уничтожаю сорвавшийся тромб и восстанавливаю кровоток. До некроза дело не доходит, я слишком быстро появился рядом. Обойдётся даже без рубца. Далее проверяю всю сосудистую систему. А это что?
«Это чистой воды везение, — хмыкает предок. — Если бы рвануло здесь, в мозгу, было бы намного хуже». Почти фатальное истончение сосудов. Срочно укрепить! Затем прошвыриваюсь по всем артериям и венам, осуществляю тотальную зачистку от бляшек. Как бы ещё профилактику устроить?
«Поднять уровень тестостерона», — предок показывает железу, которую надо стимулировать.
— Рауль, как ты? — герцогиня, уже в халате, опускается на колени рядом, обхватывает ладонями его голову.
— Ты знаешь, Руфи, очень хорошо, — удивлённо заявляет герцог и пытается встать.
Препятствую его порыву нажатием ладони:
— Как же трудно лечить аристократов! — жалуюсь в пространство. — То ли дело простонародье. Чуть что не так — дал в морду, сразу все спокойные и послушные. Лежите, герцог, спокойно, я вас пока не отпускал. Вы, герцогиня, лучше тоже отойдите.
— Но я прекрасно себя чувствую, шевалье! — голос герцога становится привычно властным.
Я тоже так умею:
— Может, вы позволите мне, Ваша светлость, сделать так, чтобы вы прекрасно себя чувствовали как можно дольше? А не только до завтрашнего утра? — ледяной холод из моих глаз примораживает его неуместную активность.
Мне надо пройтись по внутренним органам Асфанского, каждый из них может дать слабину в его возрасте. Печень, почки, мужские органы… хм-м, ладно, время немного есть.
Спустя пару минут поднимаюсь, потягиваюсь:
— Можете встать. Теперь оботритесь, или в купальне ополоснитесь. Только есть настоятельная рекомендация: помогать вам должна не служанка, а супруга. В обязательном порядке.
Кажется, я разгадал наконец, куда исчезает удаляемое из организма. Всё время меня поражало это нарушение закона сохранения вещества. Наружу оно выходит. Герцог вспотел, и пот мутный. Поэтому и отправляю его в купальню.
— Герцогиня, на два слова, — отвожу в сторону и говорю эти «два слова».
Асфанская пунцовеет. Ответа нет, но мне и не нужно. Я сказал, а там хоть трава не расти.
Резиденция герцога Асфанского.
Утро следующего дня.
— Выглядите замечательно, Ваша светлость, — заявляю после придирчивого осмотра внешнего вида герцога.
— А чувствую себя ещё лучше, шевалье, — довольно отвечает Асфанский, вольготно расположившийся в кресле напротив.
Стребовал аудиенцию сразу после завтрака. По праву целителя. Есть повод посекретничать, потому и уединились в его кабинете.