Хендрик улыбается счастливым детским воспоминаниям. Тварь он всё-таки!

— Понимаешь, отец-то у нас умный в отличие от тебя. Наверняка сделал это намеренно. Не только ты, сёстры тоже время от времени меня поклёвывали…

— Ты пришёл плакаться о своём несчастном детстве? — тон у брата издевательский.

— Нет. О каком ещё детстве ты говоришь? — непритворно удивляюсь. — У меня его не было. Но дело не в этом. А в том, что я рос в тяжёлых условиях и поневоле выковал сильный характер. Ведь дошло до того, что ты убить меня пытался…

— Да случайно получилось! — взрывается Хендрик. — Сколько можно?!

— Да не важно, — отмахиваюсь. — Важно то, что ты вырос слабаком и трусом. В отличие от меня. Знаешь, что я понял у Фарканов? Мне там было хорошо, понимаешь? В плену у врагов мне жить было приятнее, чем дома. У Дортинов в гостях ещё лучше, я уезжать оттуда не хотел. И что получается?

Вместо переспрашивания Хендрик просто злобно смотрит.

— Получается, что во внешнем мире мне уютно и удобно. Мне даже приспосабливаться не надо, я уже умею там устраиваться. Ты — нет. Ты даже не знаешь, как это делается.

Презрительное хмыканье. Ну-ну.

— Наши учебные поединки очень примечательны. Ты думаешь, отец не знает, что они абсолютно бесполезны для тебя? И даже вредны? Зато огромный стимул для меня. Заставляли наращивать мастерство. Изо всех сил. Что имеем в результате? Я — лучший боец, чем ты, хотя ты на два года дольше занимаешься. Я уже умею зарабатывать, ты — только тратить. Отец попытался отнять мои деньги, я не отдал. Значит, умею защищать своё. Что будет, если завтра меня выгонят из дома, не дав ни одного фолта (самая мелкая медная монета)? Да прекрасно проживу! Что будет с тобой? Сгинешь сразу! Самое лучшее, что сможешь сделать, уйти в наёмники, где тебе быстренько головёнку свернут. Или в бою, или так. Характер-то у тебя дерьмовый.

— Ой, посмотрите на этого самостоятельного! — братан продолжает держать издевательский тон. — И куда ты пойдёшь, если тебя выгонят?

— Да куда угодно! Фарканы сказали, что их дом всегда открыт для меня. Дортины вообще в пляс от радости кинутся, если к ним приеду. В городе могу остаться или в любой другой уехать. Саулу из «Белой лилии» знаешь?

Блеснул глазёнками, но молчит. Знает, паршивец!

— В любой день, то есть вечер, могу прийти и взять на ночь любую девочку.

— П-ф-ф-ф-ы-р! Как будто я не могу!

— Бесплатно?

Затыкается.

— Итак, что выходит по итогу? Меня вырастили самостоятельным и сильным, тебя — слабым и зависимым…

— Чего это «слабым»?

— Ты младшему брату проиграл с разгромным счётом, — напоминаю недавний бой. — Если забыл, как я тебе морду бил, могу повторить. В любой момент. Для убедительности. Драться без оружия ты тоже не умеешь. Не перебивай!

Набычивается, но молчит. Взгляд у меня тоже убеждающий.

— Ты вырос слабым. И я подозреваю, что отец сделал это намеренно. На самом деле, он планирует меня сделать наследником. А ты — запасной вариант.

— У меня дар!

— А зачем роду боевик во главе? Ни к чему. Удобнее нанять магов со стороны и включить их в дружину. Глава рода просто права не имеет вставать в боевые ряды. Твой дар поможет тебе наняться к постороннему аристократу, но граф ди Гревис в первую очередь обязан быть умным и предусмотрительным. Увы, это не про тебя.

Встаю, подхожу ближе, мне надо сократить дистанцию. Граф тут одно дельце провернул: свозил Хендрика к старому, но опытному магу в ранге магистра. У магистра Хорна есть артефакт, который определяет силу источника. Во всеуслышанье отец объявил, что сила дара Хендрика соответствует четвёртому рангу. Всего их десять: новичок, ученик, эксперт, подмастерье, мастер, гранд-мастер, магистр, высший магистр, гроссмейстер, архимаг.

Если учесть, что на данный момент архимагов нет во всём мире, а гроссмейстеров в королевстве можно пересчитать по пальцам одной руки, то ранг Хорна очень высокий. Отец торжественно огласил заключение Хорна, что Хендрик способен дорасти до гранд-мастера. Теперь интересно, каков мой уровень. Отца спрашивать, почему он меня не взял, я даже не подумал. Стоимость определения ранга — десять золотых, папашка скорее удавится, чем их на меня потратит.

— А как Хорн определил твой ранг? С чего он взял, что четвёртый? Я вот думаю, у тебя не выше второго, — последняя фраза даёт гарантию ответа.

— Много ты понимаешь! — вскидывается Хендрик. — Там невозможно ошибиться, всё дело в размере. Второй у меня ещё при рождении был.

Ухмыляюсь. Слегка кривовато, чтобы брат заподозрил всего лишь зависть. Осторожно окутываю его своей аурой. Так-так, посмотрим… Х-ха! У него ядро заметно меньше. Значит, если дело в размере, то у меня пятый или даже шестой. Здесь я тебя тоже обштопал, братан! Вслух, впрочем, говорить не буду.

— Ну, четвёртый так четвёртый, я что, против? Спокойной ночи, брат.